Андрій Поцелуйко: Між психікою і метафізикою: Юнг, Гроф і межі опису людського досвіду

 Розмова про Карла Густава Юнга і Станіслава Грофа майже неминуче виходить за межі просто історії психології. Вони обидва працювали в тій зоні, де наука, філософія і те, що традиційно називають езотерикою, не просто перетинаються, а утворюють спільний простір інтерпретацій. Цей простір складний тим, що в ньому одні й ті самі твердження можуть бути прочитані або як клінічні узагальнення, або як символічні моделі, або як онтологічні заяви про будову реальності. І саме тому спадщина цих авторів постійно викликає суперечки: не стільки через самі спостереження, скільки через статус пояснень, які до них додаються.

Юнг починав як клінічний психіатр і багато його ранніх напрацювань можна розглядати як частину класичної психодинамічної традиції. Його робота зі сновидіннями, асоціативними тестами та символічними образами психіки була спробою зрозуміти, як несвідомі процеси проявляються у свідомому житті людини. У цьому сенсі він діяв у межах емпірично орієнтованої психології свого часу. Проте поступово його інтерпретації набували дедалі більш широкого філософського масштабу. Поняття архетипів, колективного несвідомого і синхронізму вже не є просто описами психічних явищ у вузькому сенсі. Вони починають претендувати на статус структур, що виходять за межі індивідуальної психіки і навіть за межі звичайного причинного пояснення. Особливо це стосується синхронізму, де Юнг намагається описати “осмислені збіги”, які не пов’язані причинністю, але мають значущий для суб’єкта характер. У цій точці психологічний опис переходить у щось, що можна назвати філософською гіпотезою про організацію реальності, хоча сам Юнг часто підкреслював обережність і не зводив ці ідеї до строгих наукових законів.

Андрій Поцелуйко: Реалісти і номіналісти мовою сучасної психології: есе про природу людських категорій

 Одна з найвідоміших інтелектуальних суперечок середньовіччя — полеміка між реалістами і номіналістами — традиційно описується як дискусія про універсалії: чи існують загальні поняття самі по собі, чи вони є лише словами, якими люди позначають множину окремих речей. На перший погляд це може здаватися суто метафізичною проблемою, далекою від сучасної науки. Проте якщо перекласти цю суперечку мовою сучасної психології та когнітивної науки, вона постає як дивовижно актуальна дискусія про природу ментальних репрезентацій, категорій і концептів, тобто про те, як людський мозок організовує досвід.

Сучасний психолог рідко використовує слово «універсалія». Натомість він говорить про ментальні репрезентації, концепти, когнітивні схеми або категорії. Коли людина бачить тисячі різних дерев, у її психіці формується узагальнене уявлення — концепт «дерево». Саме це узагальнення і є психологічним відповідником того, що середньовічні філософи називали універсалією. Отже, центральне питання полеміки можна сформулювати по-новому: чи відповідають наші ментальні категорії реальним структурам світу, чи вони є лише інструментами, які мозок створює для зручної обробки інформації?

Якби середньовічний реаліст опинився в лабораторії сучасного когнітивного психолога, він, ймовірно, сказав би, що концепт «дерево» є не просто продуктом мозку, а репрезентацією реальної категорії, яка існує незалежно від конкретної людини. Різні дерева можуть бути високими або низькими, листяними або хвойними, старими або молодими, але всі вони належать до певної об’єктивної категорії «дерево». Ментальна репрезентація лише відображає цю структуру. У сучасній психології така позиція нагадує психологічний есенціалізм — схильність вважати, що за різноманітністю явищ прихована певна сутність, яка робить річ саме тим, чим вона є.

Цей есенціалізм добре відомий експериментальній психології. Діти часто переконані, що тигр, вирощений козами, все одно залишається тигром, бо має внутрішню «тигриність». Люди схильні думати, що біологічні види, соціальні групи або моральні якості мають приховану природу. Реалістична інтуїція глибоко вкорінена в людському мисленні: ми сприймаємо категорії як відкриття, а не як винаходи.

Номіналіст, навпаки, у сучасних термінах був би близьким до когнітивного конструктивізму. Він сказав би, що існують лише окремі дерева, окремі собаки, окремі люди, а концепт «дерево» є результатом узагальнення численних сприйнять. Мозок створює категорії тому, що це дозволяє економити когнітивні ресурси, швидко розпізнавати об’єкти і прогнозувати події. Концепт не відкриває приховану сутність; він є ефективною моделлю, статистичним стисканням досвіду. Те, що ми називаємо «деревом», — це кластер подібних сприйнять, об’єднаних у зручну ментальну репрезентацію.

У такому формулюванні полеміка набуває несподівано сучасного звучання. Реаліст стверджує, що мозок виявляє природні категорії світу. Номіналіст відповідає, що мозок конструює корисні категорії для адаптації до світу. Один говорить про відкриття, інший — про винахід. Один наголошує на відповідності між мисленням і реальністю, інший — на функціональності мислення.

Андрій Поцелуйко: Піраміда Маслоу, розтягнута на вічність: есе про духовну еволюцію в системі Майкла Ньютона

 Іноді дві теорії, що виникли в абсолютно різних інтелектуальних світах, починають дивним чином перегукуватися між собою. Одна народжується в академічній психології XX століття, інша — в езотеричній традиції регресивного гіпнозу; одна спирається на спостереження за поведінкою людей у межах одного життя, інша — на розповіді про життя між життями. Проте, коли читаєш книги Майкла Ньютона після знайомства з гуманістичною психологією Абрахама Маслоу, виникає майже фізичне відчуття дежавю. Складається враження, ніби Ньютон узяв піраміду Маслоу і розтягнув її не на десятиліття людської біографії, а на тисячі років духовної історії душі.

У цьому полягає одна з причин надзвичайної привабливості ньютонівської космології. Вона не просто пропонує потойбічний світ; вона пропонує структуру розвитку, яка інтуїтивно здається знайомою сучасній людині. Якщо традиційні релігії часто описують загробне існування як суд, винагороду або покарання, то Ньютон описує його як освітній процес. Душі навчаються, помиляються, аналізують досвід, планують нові втілення, працюють із наставниками, переходять із класу в клас. Це вже не палац небесного царя і не в’язниця грішників, а радше космічний університет.

Саме тут і з’являється паралель із Маслоу.

Абрахам Маслоу запропонував одну з найвідоміших моделей людської мотивації. У її класичному вигляді людина починає з базових потреб — їжі, сну, фізичного виживання. Потім вона прагне безпеки, стабільності, захисту. Далі виникає потреба належати до групи, бути коханою, прийнятою. Після цього — прагнення поваги, досягнення, статусу. І нарешті — самоактуалізація, реалізація власного потенціалу. Наприкінці життя Маслоу додав ще один рівень, який вважають його найглибшим відкриттям, — самотрансценденцію, тобто вихід за межі власного его, служіння чомусь більшому, переживання єдності з іншими людьми, природою або космосом.

Якщо уважно придивитися до описів Ньютона, то його молоді, зрілі та старі душі проходять майже ту саму траєкторію.

Молода душа в нього захоплена матеріальним світом. Вона хоче досягти успіху, здобути владу, накопичити ресурси, отримати визнання, перемогти конкурентів. Вона любить порядок, дисципліну, ієрархію, сильні держави, армії, корпорації, релігійні структури. Її уроки пов’язані з контролем, відповідальністю, силою, ефективністю. Це дуже нагадує середні поверхи піраміди Маслоу — безпеку, престиж, повагу, досягнення.

У цій точці життя ще сприймається як поле боротьби. Інші люди — це союзники, суперники, підлеглі, керівники, партнери, вороги. Світ складається з ролей, статусів і правил. Успіх здається головним доказом власної цінності.

Проте в певний момент, за Ньютоном, настає перелом.

Андрій Поцелуйко: Психотерапія як простір кооперації різних парадигм

Сучасна психотерапія часто асоціюється з доказовою практикою, клінічними дослідженнями та науково обґрунтованими методами лікування. Однак її історія та сучасний розвиток свідчать про інше: психотерапія є простором, у якому співіснують і взаємодіють різні світоглядні та епістемологічні парадигми. Вона виникла не лише з експериментальної психології та медицини, а й із філософії, гуманітарних наук, феноменології, герменевтики, духовних традицій і практичного мистецтва людського діалогу.

Саме тому психотерапевтичний простір залишається відкритим до методів, які мають різний ступінь наукової перевіреності та різні способи обґрунтування власної ефективності.

У межах доказової парадигми знання формується через систематичне дослідження. Метод вважається обґрунтованим тоді, коли його ефективність підтверджується незалежними дослідженнями, результати можна відтворити, а теоретичні припущення узгоджуються з сучасними даними психології, нейронауки та медицини. Саме ця логіка лежить в основі розвитку когнітивно-поведінкової терапії, EMDR, багатьох сучасних психодинамічних, міжособистісних та інших психотерапевтичних підходів.

Проте поряд із цією традицією існують методи, що походять з іншої епістемологічної культури. До них належать, зокрема, розстановки за Геллінгером, регресивний гіпноз, нейролінгвістичне програмування, окремі напрями енергетичної психології, біодекодування та інші практики. Їхні автори зазвичай не прагнули створювати моделі, які можна повністю описати мовою експериментальної науки. Вони працювали з іншими поняттями — символом, образом, інтуїцією, тілесним переживанням, духовним досвідом, колективною пам'яттю чи системними взаємозв'язками.

Цікаві психічні феномени: двопалатний розум, колективні галюцинації, Намаккаль і Філемон

 Теорія двохпалатного розуму

Джуліан Джейнс народився в 1920 році. Він навчався в Гарварді, Університеті Макгілла і отримав свої вчені ступені в Єльському університеті. Був близьким другом відомого експериментального психолога Едвіна Борінга. На початку своєї кар'єри Джейнс провів низку значних досліджень у галузі біхевіоризму тварин та етології. Згодом протягом кількох років працював в Англії. Пізніше повертається до США, де з 1966 по 1990 рік читає курси психології в Прінстоні. Здобув велику популярність як лектор, неодноразово запрошувався до провідних університетів.

Відомий книгою «Походження свідомості в процесі зламу двопалатного розуму» («The Origin of Consciousness in the Breakdown of the Bicameral Mind», 1976), де він представив свою теорію, згідно з якою стародавня людина не володіла свідомістю в сучасному розумінні цього слова, і що свідомість з'явилася набагато пізніше, можливо, лише за епохи писемності. Згідно з Джейнсом, поведінкою первісної людини скоріше керували звукові галюцинації, які інтерпретувалися як голос духа або бога. Процес переходу до свідомості (тобто сприйняття реальності на основі самоідентифікації) відбувався протягом кількох століть приблизно три тисячі років тому. Тобто, сучасна інтроспективна свідомість (свідомість із «Я» й усвідомленням самої себе) з'явилася в людини відносно недавно - десь 3000 років тому. Ось витяг із лекції Джеймса ''Свідомість і голоси всередині'':

 ''Якщо ви візьмете загальновизнано найстаріші частини «Іліади» і запитаєте: «Чи є в них ознаки свідомості?», то я відповім - «Ні». Люди не сидять і не ухвалюють рішення. Ніхто з персонажів так не робить. Ніхто навіть не віддається спогадам. Це зовсім інший світ...

... хто ж ухвалює рішення? Щоразу, коли має бути ухвалене важливе рішення, людина чує голос, який каже, що їй робити. Цим голосам підкоряються завжди і негайно. Ці голоси називають богами. Я вважаю, що так і з'явилися боги, і відношу ці голоси до слухових галюцинацій, схожих, але не точно таких самих, із голосами, які чули Жанна д'Арк або Вільям Блейк. Або ж схожими із тими голосами, які чують сучасні шизофреніки. Можливо, вони також схожі на ті голоси, які чули, можливо, деякі з вас. Незважаючи на те, що слухові галюцинації є вельми показовим симптомом у діагностиці шизофренії, вони в певній формі можуть час від часу траплятися у приблизно половини всього населення. Крім того, я листувався й особисто розмовляв із людьми, які, будучи абсолютно нормальними й адекватними, періодично починали чути сильні вербальні галюцинації, зазвичай релігійного змісту. Сьогодні вербальні галюцинації є поширеним явищем, але в ранній цивілізації вони були всеохопними...''.

Василий Танасийчук: Синдром Стендаля (флорентийский синдром)

Синдром Стендаля (флорентийский синдром) - это психосоматическая реакция, возникающая при эстетическом шоке от созерцания искусства или красоты природы. Проявляется учащенным сердцебиением, головокружением, галлюцинациями, паникой и даже обмороками.

Давайте будем честны, Синдром Стендаля вовсе не медицинский случай. Это скорее момент истины. Момент, когда становится ясно, способен ли человек расшириться до размеров вселенной или он схлопывается в черную дыру. Ведь это не искусство слишком сильное, а человек слишком слаб, чтобы стать равным ему.

Подлинное искусство отбирает тех, кто способен выдержать напряжение откровения и отделяет тех, кто должен отступить. Оно не демократично. Оно аристократично по своему духу. Назвать происходящее «синдромом», значит патологизировать силу эстетики и оправдывать слабость человеческого духа. Можно назвать это иначе. Не болезнь, но экзамен.

Красота высокого искусства - это не гармония в привычном понимании. Это проявление сверхестественной силы. Она захватывает, подчиняет и трансформирует. И если субъект не выдерживает, это означает, что его воля недостаточна.

Искусство не создаётся для удовольствия.

Оно создаётся как вызов, как преодоление, даже как испытание. И если при встрече с ним человек теряет равновесие, испытывает головокружение, то это не случайность.

Вероятно, человек столкнулся с чем-то превосходящим масштабы его восприятия.

То, что мы сегодня называем Синдром Стендаля известно с античных времен. Это проявление дионисийского начала. А это растворение индивидуальности, утрата границ, экстаз. Но здесь есть ключевое различие. Сильный переживает это как расширение, а слабый — как крах.

https://www.facebook.com/vasyl.tanasiychuk.142526/

Олег Телемский: Анима

Анима — к истории определения

 Следующим после архетипа Тени необходимо рассмотреть пару архетипов, связанных с контрсексуальными фигурами психики, которые в юнгианской психологии именуются Анима (женская фигура в психике мужчины) и Анимус (мужская фигура в психике женщины).

 Этот разговор я должен предварить следующим предупреждением. Если в отношении Тени я только излагал основную доктрину Юнга, обогащая примерами из личной практики, то в случае Анимы и Анимуса в отдельных вопросах я вынужден даже вступить в некоторую полемику с Юнгом в отношении отдельных нюансов понимания природы данного архетипа. Читатель вправе согласиться или отвергнуть мои дополнения, со своей же стороны я должен предупредить о наличии в этих рассуждениях некоего субъективного опыта, который расходится в некоторых деталях с классической школой.

 Разговор о сизигийных архетипах (сизигия — парное соединение — относится к Аниме и Анимусу) следует начать с рассмотрения смысла самих названий. Дело в том, что "Анима" по-латыни означает "Душа", а "Анимус" — "Дух". Это знание, данное без уточнений, может не столько упростить, сколько усложнить для читателя понимание концепции.

 Сама природа языка заключается в том, что под одним и тем же словом разные люди могут понимать разные концепции. Более того, зачастую по мере смены культурных моделей одно и то же слово начинает менять свой смысловой контекст и обозначать нечто отличное от его изначального послания.

 Для современного человека слово "Душа" может звучать, с одной стороны, с ноткой избыточной сентиментальности. Душа — нечто непорочное, чистое, хрупкое и идеалистическое — не в философском, а в бытовом смысле. С другой стороны, говоря о душе в религиозном контексте, мы можем ставить некий гипотетический знак равенства между нашим "Я" и Душой, см. религиозная концепция "спасения души" или "бессмертия души".

Александр Мелихов: Самая выгодная выгода - это картина мира, в которой ты безупречен, а твои оппоненты продажные сволочи или зомбированные кретины. Борьбе за такую картину не жалко отдать и жизнь

На старости лет погрузившись в ФБ, я очень сильно ухудшил картину мира. 

Что пропагандистам положено внушать желательную картину мира, это норма. 

А вот интернет поначалу создает иллюзию честности: мы по советской глупости путаем бесцензурность и честность, хотя жизнь каждый день демонстрирует нам, что бесконтрольность лишь открывает шлюзы человеческим страстям, которым нет дела до правды, их интересует только выгода. 

Чаще всего психологическая, а потому особенно опасная: психологических эгоцентриков, в отличие от скромных корыстолюбцев, подкупить невозможно. 

Кажется, зачем человеку злобствовать и лгать, если за это не платят? Ан нет, самая выгодная выгода - это картина мира, в которой ты безупречен, а твои оппоненты продажные сволочи или зомбированные кретины. Борьбе за такую картину не жалко отдать и жизнь. Тем более, если она не особенно удалась.

Убеждаюсь в этом снова и снова: главные битвы сегодня происходят за воодушевляющую картину мира, ибо все материальное, что сегодня можно завоевать, гораздо дешевле купить.

Нина Рубштейн: Психиатрический диагноз Путина

 Психически здоровый человек отличается от больного тем, что способен смотреть на одну и ту же ситуацию с разных сторон, и это не вызывает у него напряжения, скорее любопытство и желание понять лучше, разглядев со всех возможных сторон.

Больной смотрит только с одной стороны и верит в то, что это и есть вся реальность. А потому, когда встречается с другими точками зрения, впадает в сильнейшую тревогу или гнев, пытаясь настоять на единственно верной для него позиции и заставляя других в нее верить.

С рьяной настойчивостью и будучи заряженным аффектом, а так же, если он еще и интеллектуально развит, то с изобретёнными только что доказательствами из всего, что подворачивается под руку, он настолько убедителен, что окружающие начинают сомневаться в себе и думать, что, пожалуй, наверно все так и есть, как он говорит, это у них самих с головой что-то не так. Так происходит индуцирование психопатией.

Алекс Доля: Ассертивность

Ассертивность. Это способность человека не зависеть от внешних влияний и оценок.

Я имею право самостоятельно обдумать, отвечаю ли я вообще за решение проблем других людей.

Во многих живет убеждение, что он «должен» — организации, стране, родителям. Мы берем на себя ответственность за других. Нам внушили, что мы обязаны жертвовать личными интересами потому, что «настоящий мужчина должен», «настоящая женщина должна» и т.д. 

Первый шаг к формированию целостности человека — понимание того, что никто никому ничего не должен. Свободная личность делает что-то для другого только исходя из собственного желания и не ожидая чего-либо в ответ.

Я имею право изменить свое мнение.

Все течет, все меняется, и единственное, что неизменно в мире — это изменения. Почему же многие продолжают держаться за устаревшие взгляды, даже тогда, когда они им давно не соответствуют? Из-за иллюзорного страха провала, критики, осуждения со стороны. Скажите себе: Мое мнение изменилось. Теперь я думаю по-другому. Это нормально. В этом нет трагедии.

Наталья Целунова: Сегодня я видела, как рождается травма

 Сегодня я видела, как рождается травма.  На детском празднике Снегурочка спрашивает детей: «Кто хочет рассказать стишок?». Выходят 10 детей и по очереди рассказывают стишки. Когда остается одна девочка, Снегурочка говорит: «Ну все, давайте дальше продолжать праздник». Девочка идет на свое место и по ее щекам начинают течь слезы.  Было отчетливо видно, как часть нее осталась стоять там, рядом с Дедом Морозом и Снегурочкой.

Слезы сразу заметили воспитатели и обратили внимание Снегурочки, попросив ее дать девочке возможность рассказать стишок.  Но было уже «поздно».  Девочка стояла, смотря в пустоту, скрестив руки на груди перед собой, и физически не могла вымолвить ни слова.

Она не плакала, просто все дальше и дальше «уходила в ту пустоту», чтобы не было так больно.  Когда она вернулась обратно и села на свой стульчик в первом ряду, я спросила ее, не хочет ли она спрятаться вот тут в уголочке (я сидела во втором ряду, в углу). Она кивнула и встала рядом со мной (девочка меня немного знает, наши дети играли вместе).  Я сказала: «Если хочешь, можешь сесть ко мне на колени?» Она кивнула и молча, ничего не говоря ни слова, залезла, все еще продолжая смотреть туда, в пустоту.

Я спросила, можно ли я тебя обниму, она кивнула.

Я обняла ее и стала с ней разговаривать, словами подтверждая то, что произошло (ты очень хотела рассказать стишок; тебе стало очень обидно, что ты не успела рассказать стишок; я считаю, что это очень несправедливо и т.д).

Она кивала и рыдала.

Я просто гладила ее по спине, раз за разом повторяя, как это было нечестно, несправедливо и обидно.

В какой-то момент она прямо физически расслабилась и легла на меня телом.

Я уже ничего не говорила, просто крепко ее держала.  Представление закончилось, все разошлись дальше по программе мероприятия.

Мы еще посидели некоторое время, стало как-то спокойнее, они с моим сыном стали перебирать кубики, которые стояли рядом.

Потом мы стали из этих кубиков строить домики.  Но девочка все еще молчала. Как будто слова этого стишка реально застряли в горле.

Я видела, что глазами она мне отвечает, а физически голосом прямо не может, хотя и пытается.  Пришли еще несколько детей и начали все вместе во что-то играть, беситься - все как и положено на детском празднике.  Когда пришло время расходиться, я подошла к этой девочке, села на корточки и, глядя ей в глаза, сказала: «Если ты хочешь, ты можешь рассказать мне тот стишок, который хотела, я с удовольствием послушаю».  Она посмотрела на детей вокруг, и я добавила: «Можно тихо-тихо, шепотом, чтобы слышала только я».

Она голосом сказала «да» и рассказала стишок, после чего сделала очень мощный выдох.

Было прямо видно, что «она вернулась», она заулыбалась, в ее глазах снова появился блеск.

 Я обняла ее.

  Посвящается всем нам - тем, кому когда-то очень хотелось рассказать стишок на празднике и не получилось.

Константин Водолажский: "Синдром утенка"

  "Синдром утенка" (который правильнее было бы назвать "синдромом гусенка", но какой-то грамотей неправильно перевел эту тему с немецкого). 

Суть в том, что один австрийский ученый наблюдал гусят и заметил, что только что вылупившийся гусенок принимает первый увиденный им движущийся объект за свою маму, будь то гусь, человек, собака, или что-либо еще, и потом следует все время за ним. 

С тех пор "синдромом утенка" называют то, когда человек впервые познакомился с неким объектом некоей категории, и влюбился в него навсегда, считая все прочие объекты данной категории жалким подобием оного. 

Например, человек купил в свое время телефон Nokia, когда Nokia еще были Nokia. И по прежнему он считает, что лучше Nokia ничего нет, хотя на самом деле Nokia уже давно не та. 

Или, например, эдакий старый хиппи-семидесятник, проживающий жизнь среди заезженного до дыр винила, и отказывающийся даже разок послушать что-то новое - "Нет смысла слушать что-то новое, если лучше LED ZEPPELIN все равно никто не сыграет". 

Вот и в Тантре (как и в любой, наверное, духовной традиции) есть люди с "синдромом утенка" - которые познакомились с Тантрой по какой-нибудь книге, жутко им понравившейся, объявившие ее истиной в последней инстанции, а все, что было написано после нее - ересью и искажением.

О психологических типах в организации

Доктор психологических наук, профессор СПбГУ Р.М.Грановская:

"В советское время, когда никто еще и не думал о ЕГЭ, мне тайно из-за границы прислали книгу с примерами тестов. Я собрала своих учеников, и мы стали проходить эти тесты. Прошли только сангвиники, потому что они работают в экстремальных ситуациях лучше, чем в спокойных. Они хорошо мобилизуются.

 И что? Кто сказал, что сангвиники самые лучшие? Они хорошие организаторы, лидеры — всё это так. Но когда надо строить долгосрочную перспективу, нужен флегматик. А когда надо пробивать стенку прямо сейчас — нужен холерик. А чтобы увидеть, куда двигаться, — меланхолик. Он со своей чувствительностью первым ловит ветер в паруса — это оборотная сторона его страхов, тревог. 

Поэтому в серьезном коллективе должны быть все. 

Сначала приглашают меланхолика. Его надо погладить по голове, потому что он очень тревожный. И сказать: «Нам надо решить эту задачу. Как ты думаешь, куда двигаться?» — «Ну, я не знаю, но вот мне кажется, туда». 

Тогда приглашают флегматика и говорят ему: «Один чудак сказал, что с этой задачей — туда. Как думаешь?» — «Ой, нет, я так сразу не знаю, вот через недельку…». Хорошо, через недельку. «Ну вот, есть разные подходы. Но в некотором смысле этот — более перспективен». 

Тогда приглашают холерика. Говорят: «Вот направление, надо проложить туда дорогу. Срочно займись». 

А потом приглашают сангвиника: «Организуй бригаду, построй план и руководи». 

Получается, ЕГЭ ставит в неудобную ситуацию троих из четверых."

Одна и та же часть мозга женщины возбуждается во время секса, и во время поглощения вкусной еды

 Знаете ли вы, что одна и та же часть мозга женщины возбуждается во время секса, и во время поглощения вкусной еды? 

Правильно: пицца так же хороша, как секс, по крайней мере, для счастливых женщин. 

Кто-то удивлен? Теперь вы знаете, почему вашей подруге так важен этот еженедельный ломтик, который выливается обычно в целую коробку пиццы. Но кто считает! 

Мы предлагаем Вам сохранить этот небольшой совет до тех времен, когда ваша подруга захочет острых ощущений, но вы почувствуете себя немного уставшим. Просто вытащить замороженную пиццу и сделайте девушку счастливой.

Марина Мелия: Как детская сказка управляет взрослой жизнью

Казалось бы, мы сами определяем свою судьбу — решениями, способом мышления, отношением к миру. Но если в нашей жизни повторяются одни и те же сюжеты, вероятнее всего, так работает наш жизненный сценарий. И создать этот сценарий может… любимая детская сказка. Как сказочные сюжеты и герои могут «заколдовать» нас и заставить действовать по определенной схеме, рассказывает психолог Марина Мелия, психолог, коуч-консультант, автор многих книг, в том числе «Успех — дело личное», «Бизнес — это психология». Ее новая книга «Хочу — Могу — Надо» вышла в издательстве Эксмо в 2021 году.

Одна моя клиентка владеет небольшим предприятием, где работают около сорока человек. Но правильнее было бы сказать, что хозяйка работает на них. Она подбирает самых беспомощных в профессиональном плане работников, опекает их, решает их проблемы, в том числе личные. Такое отношение чуть было не привело к крушению бизнеса. Именно в этот момент она обратилась ко мне за помощью. Выслушав ее историю, я задала неожиданный для нее вопрос: «А какую сказку вы любили в детстве?». Оказалось, что в детстве она обожала «Белоснежку и семь гномов». Причем моя клиентка идентифицировала себя с главной героиней, которая в ее восприятии постоянно заботилась о маленьких и беззащитных гномах, не ожидая при этом для себя никакой выгоды. Продолжение сказки, где гномы спасают Белоснежку от козней злой мачехи, ей не запомнилось.

Вот еще один пример. На заре перестройки, когда еще никто не знал о финансовых пирамидах, я случайно встретилась в кафе с одним из самых знаменитых впоследствии авторов подобной аферы. Тогда он был еще никому не известен. С ним за столиком сидел мой коллега, психолог, в том числе занимающийся разработкой концепций рекламных роликов. И вот за разговором они попросили меня придумать креатив для раскрутки венчурного предприятия. Я стала расспрашивать, чего они хотят, что за деятельность предполагается? И будущий «строитель пирамиды», не вдаваясь в детали, сказал: «У меня до сих пор стоит перед глазами книжка «Приключения Буратино», где была такая картинка: ​Кот Базилио и Лиса Алиса убеждают Буратино зарыть денежки на Поле Чудес в Стране Дураков». При этом глаза у него загорелись, и он стал азартно изображать эту картинку в лицах. А потом он и в жизни организовал это «Поле Чудес в Стране Дураков», и люди понесли «зарывать» туда свои денежки. Видимо, в детстве они сочувствовали Буратино, разглядывая те же картинки. Эту историю я вспомнила лишь через несколько лет, когда пирамиды успели не только построиться, но и обрушиться, и миллионы людей потеряли свои деньги. И сегодня мы постоянно слышим подобные истории — об обманутых дольщиках и вкладчиках.

Обращение к своим любимым сказкам — один из вариантов сценарного анализа. В детстве мы постоянно перечитывали их, неосознанно идентифицировали себя со сказочными героями, представляли себя на их месте и переживали события их сказочной жизни. Какие-то из сказок могли произвести на нас настолько сильное впечатление (и не обязательно положительное), что определили наше будущее, легли в основу нашего жизненного сценария.

КАК ОБНАРУЖИТЬ СВОЮ СЦЕНАРНУЮ СКАЗКУ? 

Valentin Gadenoff: Какой будет реакция людей на возможно внезапные новости об открытии внеземной жизни

В связи с последними утечками о UAP (Неопознанный Воздушный Феномен), которых по всей видимости станет всё больше и больше в ближайшее время, думаю начать писать новую лекцию-размышление, на тему о реакции землян на возможно внезапные новости об открытии внеземной жизни и что следует предпринять и учесть, своеобразная "подготовка к контакту" так сказать. Тема очень интересная и заслуживающая всё больше внимания в связи с последними событиями, поэтому лучше подготовится, хотя бы ментально, чем просто игнорировать. Может это и есть моя миссия, кто знает.

Итак, реакция будет зависеть от характеристик обнаруженной внеземной жизни, развития открытия, контекста и содержания возможного инопланетного сообщения, обработки человеческой информации сформированной биологией, культурой и психологией. 

Существовавшие ранее образы инопланетян как богоподобных, демонических или искусственных, будут влиять на первые впечатления, которые могут оказаться очень устойчивыми к изменениям. 

Скорее всего, люди будут создавать исчерпывающие изображения, основанные на минимальном количестве информации и будут оценивать инопланетян так же, как они оценивают друг друга. 

В принципе, легко представить пугающие сценарии, но обнаружение микробной жизни в нашей Солнечной системе или перехват инопланетного сообщения, с меньшей вероятностью встретят побочные реакции, такие как страх и паника, чем положительные реакции, такие как невозмутимость и восторг.

В течение примерно 50 лет физики и биологи, которые вели поиски внеземной жизни и интеллекта, приветствовали вклад учёных-бихевиористов и социологов, чтобы лучше понять психологические, социальные и культурные последствия поиска.

Многие из них признавали, что открытие может произойти в любой момент, рассматривали последствия в значительной степени как непредсказуемые и ожидали глубоких различий между культурами и людьми. 

На протяжении многих лет, представители всех этих дисциплин призывали к проведению исследований, чтобы подготовить человечество интеллектуально и эмоционально - к Великому Открытию.

Но сегодня картина другая, поскольку поиск внеземной жизни идёт по многим новым направлениям, в той степени, в которой методы влияют на результаты, поэтому наиболее вероятные открытия будут связаны с микробной или другой неразумной жизнью в нашей Солнечной системе или с инопланетными сообщениями от технологически развитой цивилизации, находящейся на расстоянии многих световых лет. 

В любом случае, первоначальная информация будет скудной, как сейчас, а дополнительную информацию будет получить сложно или невозможно. 

Первый подтверждённый экзобиологический образец или марсианский микроб и первое аутентифицированное обнаружение внеземного разума, могут быть одинаковыми случаями лишёнными информации.

Отчасти, информационно-минималистский характер таких открытий мало что сделает для того, чтобы отпугнуть сложные дискуссии на тему непосредственного глубокого воздействие инопланетной жизни на земную культуру и возможные сложные модели межзвёздных отношений.

Но какие инструменты исследования доступны для прогнозирования реакции человека на внеземную жизнь? Как люди на самом деле отреагируют?  Какие стратегии могут помочь человечеству вступить в постконтактную эпоху? 

Не убивайте своих драконов. Вы погибнете вместе с ними!

 В каждом человеке есть дракон. Большой или маленький, спящий или развернувшийся во всей своей красе. Отражение человеческой души: то, что есть в ней необычного, волшебного, индивидуального. 

Невежды и ханжи требуют убить этого дракона. Они говорят, что дракон - зло. Что дракон - бесплодная мечта. Они лгут. Но однажды человек не выдерживает и решается убить своего дракона, сделать свою жизнь проще. Если ему это удается, вместе с драконом умирает целая вселенная. И человек становится пустым сосудом, тенью, руинами...

Не убивайте своих драконов. Вы погибнете вместе с ними!

Картина "Баланс"

illustration by Alibek Ngy Koylakaev

Игорь Козловский: Немного о психологии восприятия информации...

Можно ли переубедить оппонента, если он, на наш взгляд, роковым для себя образом заблуждается? Помимо здравого смысла, отвечающего на этот вопрос сокрушенно и отрицательно, есть вполне научно проверяемые данные, свидетельствующие о том, как трудно (если вообще возможно) исправлять чужие политические убеждения (заблуждения, взгляды и пр.).

Одним из первых это заметил психолог Жан Пиаже, обнаруживший, что любой человек не принимает к сведению информацию, если она противоречит его убеждениям. Однако более современные исследования утверждают, что носитель политических убеждений не просто отвергает информацию, вступающую в конфликт с его картиной мира, а чувствует удовольствие от этого неприятия: сам мозг вознаграждает его за верность.

Дрю Уэстин, психолог и нейрофизиолог, подключал мозг испытуемых к сканеру, что позволило ему получить документальное подтверждение предположению, что мозг человека работает аналитически только при потреблении отрицательной информации о политическом оппоненте. Лишь в этом случае мозг работал рационально и, как говорили комментаторы советских космических полетов, в штатном режиме. При получении негативной информации о "своем кандидате", области мозга, связанные с логическим мышлением, благополучно отключались, зато включались области, связанные с эмоциями. А вот эмоции, в свою очередь, легко отвергали информацию, которую считали противоречивой. Более того, именно в этот момент мозг подопытного выделял эндорфины - естественные опиаты организма - наполняя его теплотой и счастьем. Иначе говоря, человек с легкостью прощал ошибки "своего кандидата", как бы входил в его положение, а за свое благородство вознаграждал себя сам чем-то похожим на маленькую эйфорию. 

Именно поэтому так трудно переубедить даже интеллектуально слабого оппонента: мы пробуем бороться логикой, а у нашего противника в ответ одни голые эмоции. Разные, почти не пересекающиеся пространства. На эмоциях, а не логике построена и самая изощренная пропаганда: она доказывает, что потребитель пропаганды прав, даже тогда, когда ошибается. Именно поэтому так легко побеждает имперская и иная тоталитарная пропаганда: ты прав уже потому, что ты принадлежишь к данному сообществу, ты часть этого мифа, идеологии, племени, нации, региона, державы, стада. На этом же, кстати говоря, построена и любая реклама.

Хохмат а парцуф, или мудрость лица

Шалом! В Торе есть такая мудрость, которая называется Хохмат а парцуф, или мудрость лица. Это умение считывать по лицу человека, кто перед тобой. У многих людей эта мудрость приходит с опытом. У кого-то она врождённая или интуитивная. А есть ряд книг описывающих лица порядочных и праведных людей и лица подлецов, врунов и преступников. Откуда это пошло наблюдение, если ли подробные примеры и описания этого? Сегодня этим опытом кто-то пользуется?

Отвечает Рав Красильщиков Александр:

Да, действительно, такая мудрость в Торе существует. И речь идёт о некоторых внешних признаках на теле человека, формы и частей тела, которые, при определённых дополнительных условиях могут указывать на основы характера человека, его склонностей, его нравственные качества. Более или менее подробные сведения об этом содержатся в книге «Тикуней Зоар» и других книгах по кабалле.

Однако, насколько я понял, речь не идёт о подробно разработанной методике «разгадывания» тайной сущности человека, но лишь о некоторых принципах и отправных точках, основываясь на которых, человек проницательный и опытный может судить о личности человека, с которым имеет дело, знает на что обратить внимание, хотя всё это вовсе не является некоей «волшебной палочкой», с помощью которой можно на сто процентов разгадать собеседника, и, тем более, влиять на него.

Человек, в определённом смысле – модель Вселенной, её отражение и, по сути, сам – целая вселенная. Поэтому, наружные признаки могут, в том или ином смысле, давать пищу для оценки, те или иные зацепки, пищу для вопросов, но вовсе не является подробной картой его личности и не гарантирует точность и однозначность выводов. Эти признаки, скорее, являются отправными точками анализа личности человека, но отнюдь не «несмываемой» печатью или «схемой» его пороков или заслуг. Всё, как всегда, зависит от поступков человека, его умения справиться с дурными склонностями, понять самого себя. И в этом, пожалуй, Хохмат а-Парцуф может служить хорошим подспорьем.

Эта Мудрость, со всеми её тайнами и глубиной, является частью Устной Торы, переданной Моше Рабейну и народу Израиля у Горы Синай. Сам Моше Рабейну воспользовался Хохмат Парцуф, чтобы, например, выбрать подходящих людей, тех самых «тысячных», «сотников» и «десятников», чтобы они могли вершить суд и учить народ, согласно совету, данному Итро в одноимённой главе книги Шмот.

    Вот несколько примеров из книги «Тикуней Зоар», «Хохма Бина» и «Хэсэд Гвура» в моём переводе с арамейского, - если, конечно, мне удалось уловить хотя бы отдалённый смысл того, что написано, - имеющие отношение к Хохмат а-Парцуф.

    «На шесть вещей следует смотреть во внешнем облике человека, и можно понять степень его мудрости, и вот они: волосы, глаза, кончик носа, губы, ноздри и линии ладоней» (Хохма Бина, 70,2)

    «Тот, у кого линии длинные, высокий рост или удлинённые части тела – склонен к справедливости, умеет сдерживать гнев и милосерд». (Тикуней Зоар, 125, 2).

    «Светлые волосы, светлые глаза, светлое лицо, светлое тело, если есть (у обладателя этих признаков) добрые дела – он приходит со стороны милосердия (правой стороны), а если нет – он обманщик со стороны Лавана а-Арами» (Тикуней Зоар, стр. 122, 2).

    «Поступки человека оставляют след на его коже, как к добру, так и ко злу» (Хохма Бина, 74, 2).

    «Следы и шрамы на теле человека меняются в соответствии с его делами» (Хохма Бина, 70,2)

    «В десяти пальцах рук человека заключены тайны мироздания» (Хэсэд Гвура, 145, 2).

    «От ушных отверстий зависят другие отверстия: глазные впадины, отверстия рта и носа» (Хэсэд Гвура, 294)

    И т.д, и т.д.

Омар Горяев: Про обесценивание

Обесценивание - это действие, когда кто-то принижает или уничтожает чью-то реальность, чьи-то действия в попытке возобладать (быть выше).

Например, некто являет собой весьма серую, ничем не примечательную личность и видит рядом с собой яркую индивидуальность, способного человека и даже может быть талантливого. На его фоне он кажется совсем никчемным, и от этого ему становится очень плохо. Что делать? Нужно обесценить того человека, его поступки, решения, мечты и стремления. И дело в шляпе. Тот "упадет" в его глазах и ему станет намного легче.

Этот механизм настолько явственен, что нельзя не увидеть его, однако психологи в упор его не замечают.

В России сейчас особенно сильно проявляется этот симптом, симптом болезни всего общества, которое отягощено проблемами в самых разных сферах, причем эти проблемы либо не решаются вовсе, либо решаются не полностью и неэффективно. Обесценивание происходит из семей, когда родители начинают обесценивать своих детей, их творческие импульсы. Например, разорвать рисунок, сделанный впервые ребенком и отругать его. Ведь как же, ребенок явно оказался талантливее, чем мать! И от этого включается механизм драматизации (проигрывание прошлых подобных ситуаций, заложенных внутри человека, в его внутренней вселенной) и подросший ребенок теперь склонен обесценивать себя!