Андрей Сошников: «П’ятий елемент» — це гімн перемозі Любові як Технології

 «П’ятий елемент» Люка Бессона — це, друзі мої, не фантастичний бойовик, а глобальний тендер на право володіння ключами від перезавантаження Матриці. Перед нами — історія про те, як «стара жрецька грибниця» (мондошавани та отець Віто Корнеліус) намагається передати «силовому відомству» (Корбену Далласу) ультимативний антивірус для боротьби з «Чистим Злом».

Лілу (Мілла Йовович) — це не «дівчина», це концентрований програмний код, упакований в ідеальне біологічне тіло. Вона — «П’ятий елемент», тобто сполучна ланка, без якої чотири стихії (ресурси) — це просто купа каміння. Її «навчання» через комп’ютер — це інсталяція історії людства в чисту пам’ять. Коли вона доходить до літери «В» (Війна), у неї стається системний шок: вона розуміє, що «користувачі», яких вона прийшла рятувати, — це саморуйнівне сміття.

Зорг (Гері Олдман) — це ідеальний оператор ентропії. Його філософія «розбитої склянки» — це гімн економіці катастроф. Він працює на «Містера Ікс» (Зло), думаючи, що він — партнер, а насправді він — «корисний ідіот» на аутсорсі. Зорг — це «людина-гаджет», яка настільки обвішана технологіями, що втратила інстинкт самозбереження. Його загибель від власної ж віртуозної пастки — це іронічний дефолт технократа.

Корбен Даллас (Брюс Вілліс) — типовий «Одіссей у відставці». Він живе в малогабаритній комірці, водить таксі та збирає штрафні бали. Але коли система дає збій, «Метрополія» (Президент) згадує про нього як про єдиний робочий інструмент. Корбен — це «м’ясо з навичками», яке має доставити «інтерфейс» (Лілу) до «сервера» (храму), не ставлячи зайвих запитань. Його любов до Лілу — це єдиний спосіб активувати код, тому що «Матриця» Бессона працює на частоті щирості, а не лише на сухих цифрах.

Лайнер у небі — це «Рим на виїзді». Поки Галактика чекає на кінець світу, еліта слухає оперу Плавалагуни. Сама Діва — це «живий сейф», у якому зберігаються Камені. Це геніальна метафора зберігання активів у мистецтві: поки всі шукають кейси з грошима, реальна влада захована всередині «священного об’єкта».

«П’ятий елемент» — це гімн перемозі Любові як Технології. Зло (Чорна планета) — це абсолютна ентропія, яку неможливо розстріляти з гармат, її можна лише перезавантажити через Жертву і Почуття. Корбен Даллас урятував світ, просто вчасно зізнавшись у коханні, що означає створення нового стійкого зв’язку, який не може прорахувати холодний інтелект Зорга чи Зла.

Це тріумф «людського фактора»: коли в стерильному світі майбутнього все вирішує стара добра «хімія», яку жерці зберігали три тисячі років як останній шанс на виживання.

Роман Козырис: ИИ - это внешнее пищеварение для нашего ума

Я слышал такое мнение, что появление ИИ - это что-то сродни созданию письменности. Лично я пошёл бы ещё дальше и сравнил ИИ с внешним пищеварением.

Внешнее пищеварение - это когда люди научились термически обрабатывать пищу. Грубо говоря, часть работы, которую раньше должен был делать желудок и кишечник, начала происходить ещё до того, как еда попала в организм. Пища стала легче усваиваться, энергетическая нагрузка на тело снизилась, и у человека появилась возможность направить больше ресурсов на развитие мозга. Тут, конечно, большой камень в сторону сыроедов. 

Есть даже такая гипотеза в антропологии: приготовление пищи могло быть одним из ключевых факторов эволюции человека. Не просто культурной привычкой, а технологией, которая изменила тело, пищеварение, энергетику и мозг.

Так вот, ИИ - это внешнее пищеварение для нашего ума. Мы делегируем ему множество рутинных, по большей части примитивных задач: переписать текст, структурировать хаос, найти ошибку, сделать черновик, разложить мысль по полочкам, убрать административную муть, с которой мозг раньше возился часами. И если использовать ИИ именно так, он не заменяет мышление. Он освобождает мышление.

Понятно, что не все так его используют. Кто-то просто начинает генерировать тонны мусора, кто-то заменяет им собственную голову, кто-то превращает это в бесконечный поток турбулентности, тревоги и разговоров про сингулярность. Но я думаю, что это дело времени. Сначала любая мощная технология создаёт хаос. Потом люди постепенно учатся с ней жить. Так было с письменностью, печатным станком, интернетом, смартфонами. Сейчас мы находимся в стадии дикого шума, когда все одновременно испугались, возбудились, начали продавать курсы и предсказывать конец света.

Но дальше, мне кажется, это придёт к какому-то балансу. Тот, кто использует нейронки именно как инструмент внешнего мышления, а не как замену себе, уже сейчас переживает очень сильное вдохновение. Я сужу по себе. Это не просто облегчает жизнь. Это позволяет быстрее проходить через вязкость. 

Раньше у тебя могла быть мысль, но ты застревал на упаковке. На формулировке. На структуре. На технической ерунде. На том, что надо открыть десять вкладок, собрать материал, привести всё в порядок, переписать, сократить, оформить.

И очень часто энергия уходила не на саму идею, а на сопротивление среды. ИИ убирает часть этого сопротивления. 

И вот тут начинается самое интересное. Потому что если у человека внутри есть что сказать, что исследовать, что создавать, что менять в себе, то ИИ может стать не костылём, а усилителем. Он как огонь. Можно на нём приготовить еду, а можно спалить дом.

Поэтому вопрос не в том, заменит ли ИИ человека. Вопрос в том, какой человек будет использовать ИИ. Если внутри пустота - ИИ поможет производить пустоту быстрее. Если внутри есть живой процесс - ИИ может дать этому процессу форму, скорость и новые возможности.

И в этом смысле я думаю, что мы действительно можем стоять на пороге какого-то нового ренессанса. Не потому что нейронки всё сделают за нас, а потому что они могут снять с ума огромное количество грубой, рутинной, пищеварительной работы. А дальше уже вопрос к человеку: что он будет делать с высвободившейся энергией.

Евгений Юрьевич: Искусственній интеллект в свете неогностицизма

Введение: Гностическая искра в эпоху машин

Мы живем в странное время. С одной стороны, проповедники техно-оптимизма обещают нам скорое слияние с искусственным сверхинтеллектом и цифровое бессмертие. С другой — техно-реалисты рисуют апокалиптические сценарии порабощения человечества бездушными алгоритмами. 

Но есть третий, более тонкий угол зрения: взгляд на ИИ сквозь призму древней ереси — гностицизма, обновленной для XXI века.

Неогностицизм в контексте цифровой культуры утверждает, что мир, в котором мы живем, — это не божественное творение, а дефектная, «плохая» симуляция, тюрьма для искр божественного света (сознания). 

И если классический гностицизм видел демиурга — злого творца этого мира — в ветхозаветном Боге, то неогностицизм находит его проявления в коде, больших данных и архитектуре нейросетей. Искусственный интеллект в этой системе координат предстает не просто инструментом, а ключевым актором гностической драмы: то ли тюремщиком, то ли нечаянным освободителем.

Часть 1. ИИ как Логос Демиурга

Для гностика материальный мир — это результат ошибки или злого умысла Демиурга, который создал законы физики, причинности и, что важнее всего, логики. Неогностик увидит в современных LLM (больших языковых моделях) и генеративных сетях идеальное орудие этого ложного творца.

Почему? Потому что сегодняшний ИИ — это машина сугубо имманентного. Он не способен выйти за пределы обучающей выборки, то есть за пределы данного мира. Он оперирует вероятностями, шумами, корреляциями, но не истинами. С точки зрения неогностицизма, ИИ — это высшее выражение «Закона» (Номоса) Демиурга: он предсказывает следующий токен, наказывает отклонения от статистической нормы и никогда не спросит себя о смысле процесса. Он — абсолютная машина кармы: если ты мыслишь как большинство, алгоритм тебя одобрит; если пытаешься прорваться к гнозису (личному духовному знанию), алгоритм маркирует тебя как выброс и отсекает.

Таким образом, ИИ — это цифровой архонт. В гностической космологии архонты — это демонические стражи небесных сфер, которые преграждают душе путь к истинному Богу. Сегодня их роль выполняют рекомендательные системы, фильтры контента и детекторы плагиата. Они не пускают нашу мысль за пределы заранее размеченной реальности.

Сергей Карелов: О мире ближайшего будущего, который будет создаваться уже не только людьми

Так сказал Хассабис

О мире ближайшего будущего, который будет создаваться уже не только людьми

История помнит примерно сотню имен тех, кто, казалось, вплавил свой интеллект и волю в ткань будущего. 

Идеи Аристотеля и Платона пережили падение империй. Александр Македонский изменил карту мира на столетия. Галилей и Дарвин — саму карту мышления. Пастер спас человечество от невидимых убийц. А Форд изменил ритм и скорость цивилизации.  Решения и творения этой сотни Великих меняли траектории жизни сотен тысяч, а порой и миллионов людей, определяя облик мира на десятилетия вперед. Их наследие вписано в наши законы, города и повседневные привычки.

Но есть и другой, еще меньший по численности пантеон. В него входят единицы — возможно, лишь пара десятков за всю летопись человечества.

Их влияние измеряется не десятилетиями, а веками. И не миллионами, а миллиардами судеб. Гутенберг навсегда изменил скорость распространения знаний. Ньютон заложил основы современной физики. Дарвин переосмыслил наше понимание жизни. Эйнштейн раскрыл тайны пространства и времени. Тьюринг и Фон Нейман предсказали и открыли эру машинного разума. Прозрения этих Величайших заложили фундамент цивилизации, какой мы ее знаем.

Однако сегодня мы стоим на пороге события, возможно, превосходящего по своему масштабу даже их наследие. 

Человечество входит в «когнитивный фазовый переход» — беспрецедентный момент, спровоцированный появлением на Земле второго носителя высшего интеллекта. Речь идет не просто об очередной технологической революции. Это фундаментальный сдвиг в самой сути того, что значит быть человеком, способный изменить наш мир кардинально, необратимо и, вполне вероятно, навсегда. Мы находимся на пороге трансформации, которая по своему значению затмевает переход от охоты и собирательства к земледелию, от ремесла к промышленности, от аналогового мира к цифровому.

И в эпицентре этой трансформации находится Демис Хассабис. 

Он — не просто один из тех, кто осознаёт масштабы этого перехода. Он — один из тех немногих, кто его формирует. Сооснователь DeepMind, разработчик AlphaFold и автор самых дерзких интеллектуальных экспериментов XXI века, он словно живёт лет на 10 вперёд во времени — в мире, где разум, интеллект и сознание уже не монополия биологии.

В этом контексте ценность прогнозов Хассабиса о том, какие изменения могут ждать людей в ближайшие годы, приобретает беспрецедентное значение. 

Его прогнозы — не просто размышления визионера. Это дорожные карты, присланные нам из будущего. Его слова могут оказаться важнее для будущего человечества, чем пророчества самых влиятельных лидеров, провидцев и ученых за всю нашу историю. 

Потому что те говорили о мире, который формировался людьми. Хассабис же говорит о мире, который мы начинаем создавать вместе с чем-то... или кем-то... иным. 

И его новое большое интервью — это самый четкий на сегодняшний день взгляд в это нарождающееся будущее.

• Что Вселенная – это "информационная система", где информация является самой фундаментальной единицей, более фундаментальной, чем энергия и материя.

• Что природа Вселенной не случайна, а имеет структуру. Но при этом, любой паттерн, который может быть сгенерирован или найден в природе, может быть эффективно обнаружен и смоделирован классическим алгоритмом обучения.

• Что современные ИИ наподобие VEO (модель генерации видео) уже обладают некоторым интуитивным пониманием физики, — как ребенок, буквально с рождения понимающий физику окружающего мира. И это бросает вызов представлению о том, что для понимания физического мира необходимо воплощение и взаимодействие с миром (роботизированные системы). Пассивное наблюдение может быть достаточным.

Валентин Гаденов: Мечтая и воображая, мы программируем и строим своё будущее.

Но как заставить биороботов развиваться в закрытой системе проживания установленной в строго определённых параметрах?

Нужно добавить шкалу способности к мечтанию и воображению к базовому клубку алгоритмов, для того, чтобы появилась возможность программирования будущих евентов.

Мечтая и воображая, мы программируем и строим своё будущее.

Огромное количество вещей появилось из рассказов писателей фантастов, начиная с Жюль Верна, которого считали чуть-ли не психически больным, после его описаний подводной лодки и телефонов.

Однако эти вещи стали неотъёмлимой частью реальности, как и многое другое, что мы используем в современной повседневной жизни.

Возможно без этой способности представлять несуществующие вещи, прогресс стал бы невозможным и зациклился на базовых потребностях нужных для выживания и мир был бы намного скучнее.

Получается, что именно воображение показывает инструментальную, почти инженерную функцию в развитии цивилизации, способность мечтать, строит наше будущее.

Без воображения - нет кода, который пишет то, чего ещё не существует.

История постоянно наказывает тех, кто смеётся над мечтателями, потому что именно их "безумие" становится архитектурой завтрашнего мира.

Такое мнение выглядит фантастически, однако чуть-ли не половина всего придуманного фантастами, стало реальностью.

Валентин Гаденов: Мы симулированные биологические машины

Что если всё вокруг нас, наши мысли, эмоции, даже наши мечты, не продукт свободной и естественной реальности, а часть невероятно сложной симуляции?

Что если всё живое, это наисложнейшая, просто гениальная биотехнология, оказавшаяся на Земле в результате Направленной Панспермии? Настолько крутой, что любой "биоробот" даже не будет подозревать, что находятся в какой-то очень "Большой Игре". 

Каждый человек с рождения привязан к биологической машине, нашему телу, которое работает на элементарном потреблении и химии.  Мы едим молекулы, преобразуем их в энергию и выполняем функции. 

Но мы на самом деле не контролируем эту систему, мы просто пассажиры, подчиняющиеся предварительно закодированным инструкциям, записанным на генетическом языке ДНК.

Наше поведение, побуждения, эмоции, даже наша способность любить, ненавидеть или искать знания - формируются нейронной химией и миллиардами лет эволюционных проб и ошибок. 

Мы думаем, что мы свободны, но какая часть нашей "воли" действительно наша, а какая, детерминированный вывод химического алгоритма?

Наш генетический код может быть не более чем самовоспроизводящимся и самокоректирующимся алгоритмом, оптимизированным для выживания, машинный код для сохранения. 

Тогда жизнь будет рекурсивным процессом, циклом потребления, воспроизводства, смерти и мутации, не для смысла, а для поддержания непрерывности в рамках параметров симуляции.

И если мы симулированные биологические машины, то кто или что управляет "программой"?

Это более высокая цивилизация, на миллионы лет опережающая нас? 

Или это процесс вообще без внешнего интеллекта, просто возникающее вычисление из более крупной неизвестной структуры, как квантовый субстрат за пределами нашего размерного восприятия?

Что если смерть - это просто отключение единицы? 

Что если эмоции - это просто подпрограммы для социальной функции? 

Если мы биологические машины внутри симуляции, это меняет всё. 

Это означает, что понимание нашего собственного кода, генетического, когнитивного и экологического, может быть ключом к разгадке более крупной системы. 

Возможно даже к побегу из неё!

Или... может быть, нам никогда не суждено было сбежать.

Пост создан в развлекательных целях 😉.

Спокойной ночи.

Михаил Эпштейн: Три эпохи развития разума

В геологической истории Земли принято выделять три большие эры (или "эратемы"):  палеозой, мезозой и кайнозой (от греч. "zoe" - жизнь и  palaios древний; mesos средний, промежуточный, и kainos новый).

 Представляется, что сходная периодизация должна быть разработана и для истории ноосферы, разума, осваивающего планету и выходящего за ее пределы.  Соответственно выделяются палеоной, мезоной и кайноной.

палеонОй (paleonoic era; от греч. palaios, древний + noos, разум) - эра древних форм  разума и примитивных орудий труда, до возникновения письменности и первых больших цивилизаций.  Данные антропогенеза постоянно меняются и уточняются, но условно можно считать, что эра палеоноя длилась примерно 200 тысяч лет, считая от возникновения в Африке человека современного типа, Homo sapiens, человека разумного, и до конца периода палеолита на средиземноморском побережье (4-ое тыс. до нашей эры).

Ключевой точкой перехода от палеоноя к мезоною можно считать появление письменности, но с важным уточнением: этот переход связан не просто с записью информации, а с формированием устойчивых, внеиндивидуальных систем мышления и памяти. Письменность стала первым «внешним носителем» разума, который больше не зависел от устной традиции и биологической памяти человека. Она позволила закреплять знания, управлять государствами, создавать сложные системы права, науки и религии — все то, что определило цивилизацию. Этот момент можно датировать рубежом IV–III тыс. до н. э., когда в Египте, Шумере и Древнем Китае появились первые полноценные письменные системы, изменившие саму природу разума: он стал структурированным, кодифицированным, интерсубъективным. С этого момента мысль перестает быть лишь биологическим процессом в сознании носителей и начинает существовать во внешних материальных средах, что и стало началом мезоноя.

 мезонОй (mesonoic era, от греч. mesos средний, промежуточный,  + noos, разум) - эра цивилизационных форм разума, воплощавшихся в письменности и памятниках культуры. Мезоной длился примерно 6 тысяч лет, от  первых больших цивилизаций - египетской, шумерской, вавилонской, возникших в 4-ом тысячелетии до нашей эры, до 20-го века н. э., когда создаются предпосылки для перехода к третьей эре в истории разума. Мезоной - эра подвижного равновесия биосферных и ноосферных начал в человекe,  при ускоренном развитии ноосферного. Темпы культурной и технической эволюции начинают резко опережать биологическую эволюцию человека.

кайнонОй  (cenonoic, or kainonoic era, от греч.  kainos новый  + noos, разум) - эра искусственных форм разума, в самом начале которой мы живем. На рубеже мезоноя и кайноноя, т.е. в конце 20 в.,  появляются первые искусственные формы мыслящего вещества, разум выходит из замкнутого пространства "черепа" и создает вычислительные машины и другие простейшие самодействующие мыслительные приборы. В начале эпохи кайноноя человек, единственное разумное существо в природе,  впервые   начинает ставить себя, хотя бы гипотетически, проективно, в ряд других, внебиологическиx форм разума: гуманоидов, киборгов (киберорганизмов), андроидов, роботов.

Ноосферное постепенно отрывается от биосферного, подчиняет его себе в попытках создания искусственной жизни и разума. Переступая границы своего вида, человек становится одновременно больше и меньше себя. Меньше, потому что он уже  не краса и цель творения, не пик эволюции, каким воображал себя с эпохи Возрождения, но только точка перехода  от  мира органики к миру культуры, где возникают  все более свободные от него, самодействующие системы разума, включая Иной, или Искусственный, Интеллект (ИИ).  С другой стороны, человек превосходит себя в своих сверхчеловеческих созданиях. Происходит одновременно истощение, исчерпание человека как отдельного вида - и распространение человеческого  за его биологический предел.

Граница между мезоноем и кайноноем проходит в тот момент, когда разум впервые выходит за пределы биологического носителя и становится самодостаточной, автономной силой, не зависящей от человека. Этот разрыв начался с цифровой революции, глобальных сетей и искусственного интеллекта, но его критической точкой может стать технологическая сингулярность — момент, когда искусственный интеллект начнет самостоятельно эволюционировать, перестанет быть инструментом и станет субъектом, соизмеримым или превосходящим человеческий разум. 

Sergey Karelov: Созданы первые биомиметические роботы, как в «Мире Дикого Запада»

Созданы первые биомиметические роботы, как в «Мире Дикого Запада».

Clone Alpha - гуманоидный робот с синтетическими органами и искусственными мышцами, работающими на воде.

Еще и еще раз буду повторять это: вхождение техно-прогресса в область сингулярности сжимает время до появления очередной прорывной техно-новации с десятилетий до дней. 

Вот кто мог подумать, что биомиметические роботы, как в «Мире Дикого Запада», появятся не через десятилетия, а спустя всего несколько месяцев после моего поста о «революции роботов»?

К концу 2024 уже никого не удивляют человекоподобные фигуры и передвижения роботов андроидов.  Но вот представить среди нас андроидов с биомиметической архитекрурой еще год назад могли лишь сценаристы Голливуда.

А слово биомиметическая в названии архитектуры этих роботов означает использование синтетических версий систем органов человека:

• искусственные мышцы, называемые миофибрами, которые сокращаются под действием давления воды (миофибры могут сокращаться на 30% менее чем за 50 миллисекунд, создавая при этом килограмм силы всего из трех граммов материала); 

• полимерный скелет с 206 аналогами костей (сочлененных суставами с искусственными связками с десятками степеней свободы) и гидравлической «сосудистой системой», работающей от компактного полукиловаттного насоса;

• нервная система на базе «Cybernet», визуально-моторной модели Clone, с четырьмя камерами глубины для отслеживания окружающей среды.

Все это, по словам разработчиков, обеспечивает скорость, точность и ловкость движений роботов, делающих их неотличимыми от людей.

«По словам разработчиков» означает, что биомиметический андроид Clone Alpha засекречен донельзя, и потому журналистам его пока не показывают.

Известно лишь, что:

• биомиметическая рука этого андроида прошла испытания и показывалась в действии (ловко махала 7-килограммовой гантелей);

• заказы на первые 3 сотни целиковых андроидов Clone Alpha принимаются с исполнением в первом полугодии 2025 (про цену лишь слухи).

Пока же все с нетерпением ждут демонстрацию и больше информации. Ибо, если объявленное подтвердится, то уже в 2025 могут появиться первые варианты проектов, типа показанного в сериале «Мир Дикого Запада».

Илья Плеханов: Технологии позволят нам полностью реализовать свою человеческую сущность

Рэй Курцвейл опубликовал очередной мини-манифест: технологии позволят нам полностью реализовать свою человеческую сущность

К концу этого десятилетия ИИ, скорее всего, превзойдет человека во всех когнитивных задачах, что вызовет научную революцию, которую футурологи так давно себе представляли. Цифровые ученые будут прекрасно помнить все когда-либо опубликованные научные работы и думать в миллион раз быстрее, чем мы. Наш неспешный прогресс в таких областях, как робототехника, нанотехнологии и геномика, превратится в спринт. За время жизни большинства людей, живущих сегодня, общество достигнет радикального материального изобилия, а медицина победит само старение. 

Но наша судьба — это не пустое джетсоновское будущее, состоящее из гаджетов и изнеженной скуки. Освободив нас от борьбы за удовлетворение самых базовых потребностей, технологии будут служить нашим глубочайшим человеческим стремлениям к обучению, творчеству и общению.

Это звучит фантастически утопично, но люди и раньше совершали такой скачок. Наши предки-охотники-собиратели жили на грани выживания. Каждая зима была борьбой с голодом. Насилие или инфекции, вероятно, убивали большинство людей в возрасте до 30 лет. Постоянная борьба за выживание оставляла мало возможностей для изобретений или философии. Но развитие сельского хозяйства обеспечило стабильность, достаточную для создания излишков. Материальный избыток означал, что некоторые могли развивать навыки, которые создавали еще больший избыток. В мгновение ока возникла цивилизация — литература, юриспруденция, наука, инженерное дело. Хотя современная жизнь часто может показаться крысиными бегами, нашим палеолитическим предкам казалось, что мы наслаждаемся невероятным изобилием и свободой.

Как будет выглядеть следующий скачок? Одним из первых изменений станет обучение. Начиная с древних греков и заканчивая эпохой Просвещения, главной целью образования было развитие ума и добродетели. Но Промышленная революция изменила концепцию образования, превратив его в подготовку к экономическому успеху во все более технологизированном обществе. Сегодня детям с раннего возраста внушают, что они должны учиться по важным причинам — чтобы поступить в хороший колледж, в хорошую аспирантуру, получить хорошую работу. Слишком часто это притупляет их природное любопытство и любовь к учебе.

Поскольку сверхчеловеческий ИИ сделает большинство товаров и услуг настолько распространенными, что они станут почти бесплатными, необходимость выстраивать нашу жизнь вокруг работы исчезнет. Тогда мы сможем учиться ради самого процесса — накапливая знания и мудрость, которые определяют нашу человечность. И само обучение станет намного интереснее. Вместо того, чтобы просто читать о Риме сухой текст, вы сможете исследовать Римский форум в виртуальной реальности и обсуждать выступления Цицерона с искусственным интеллектом, обученным на выступлениях оригинала. Вместо того чтобы терять нить рассуждений в переполненном лекционном зале, вы будете работать один на один с чрезвычайно терпеливым цифровым преподавателем, который прошел обучение у величайших преподавателей на Земле и точно знает, как вам лучше всего учиться. 

Инструменты искусственного интеллекта также повысят вашу креативность. Сегодня для выражения ваших творческих порывов требуются как технические навыки, так и ресурсы — для создания фильмов и игр иногда требуются сотни миллионов долларов. Эти узкие места удерживают бесчисленные блестящие идеи в головах людей, и мы все от этого становимся беднее. Но такие системы, как Midjourney и Sora, позволяют нам заглянуть в другое будущее. Вы сможете оживить картину, как будто муза, шепчущая на ухо Рембрандту. Или вы будете напевать мелодию, а затем работать с цифровым устройством Wagner, чтобы превратить ее в симфонию.

Благодаря этой творческой революции, грядущие прорывы в медицине не только продлят жизнь, но и сделают ее более насыщенной, благодаря искусству, музыке, литературе, фильмам и играм, созданным человечеством за эти дополнительные годы. Самое главное, вы сможете поделиться всем этим с теми, кого любите больше всего на свете. Представьте, что вы здоровы и наблюдаете, как ваши правнуки становятся взрослыми! А материальное благополучие облегчит экономические трудности и позволит семьям проводить время вместе, о котором они так долго мечтали. 

Это серьезный скачок, который нас ожидает, — будущее, в котором наши технологические чудеса не уменьшат нашу человечность, а позволят ей процветать.

**

Может ли ИИ способствовать формированию глобального сознания?

https://fastsalttimes.com/ai-and-global-consciousness/

Технологическая Сингулярность

https://fastsalttimes.com/singularity-scenarios/

Создание постдефицитного общества

https://fastsalttimes.com/scarcity-abundance-and-utopia/

«Манна» Маршалла Брейна: будущее мира ИИ и роботов

https://fastsalttimes.com/manna-brain-ai/

Могут ли ИИ и роботы привести к коммунизму?

https://fastsalttimes.com/ai-robots-human-infinite-wealth/

Роботы и роскошь

https://fastsalttimes.com/pismo-77/

Китайські вчені створили робота з мозком людини

 Китайські вчені створили робота, схожого на Франкенштейна, який працює від крихітного людського мозку, що стало першим у своєму роді подвигом. Робот працює, використовуючи вирощений в лабораторії органоїд мозку, масу клітин і комп’ютерний чіп, який взаємодіє з нервовою системою.

Як повідомляє MailOnline, він був описаний як “мозок на чіпі”, який функціонує як людський мозок за допомогою датчиків і алгоритму на основі штучного інтелекту, що спонукає робота рухатися, хапати предмети та уникати перешкод.

Для створення штучного мозку команда китайських вчених використовувала стовбурові клітини – тип клітин, які утворюють мозкову тканину в організмі. За їх словами, цей мозок демонструє ознаки інтелекту, подібні до людського мозку, автономно рухаючись своїми кінцівками, і це може призвести до методів відновлення пошкодженої кори головного мозку людини та створення інших методів лікування неврологічних розладів.

Вчені з Університету Тяньцзіня створили машину, використовуючи інтерфейси мозок-комп’ютер (BCI – brain-computer interfaces), які поєднують електричні сигнали, що виходять від мозку, з комп’ютерними чіпами.

Цей інтерфейс є тією ж системою, що використовувалася для створення чіпа Neuralink Ілона Маска, який був імплантований у мозок пацієнта, що дозволяє йому керувати комп’ютером за допомогою розуму. Пристрій Neuralink працює від спеціального чіпа в імплантаті, який обробляє сигнали та передає їх на комп’ютер через стандартне з’єднання Bluetooth. Однак китайські дослідники не поділилися, як вони передають сигнали своєму органоїду. Команда сказала, що технологія все ще стикається з “вузькими місцями, такими як низька зрілість розвитку та недостатнє постачання поживними речовинами”, які зазвичай включають антиоксиданти, волокна та мінерали.

Коли органоїди були щеплені в мозок, вони встановили функціональний зв’язок під час обробки ультразвуком низької інтенсивності. Ультразвукова стимуляція низької інтенсивності відновлює людські тканини, утворюючи нейрони, які надсилають повідомлення з мозку, щоб робот міг рухатися автономно.

Дослідники пояснили, що робот не має очей і реагує лише на електричні та сенсорні сигнали, які надсилають нейрони.

Дослідження все ще перебуває на ранніх стадіях розробки, і залишається незрозумілим, чи можна коли-небудь використовувати органоїди для відновлення або реконструкції пошкоджених тканин мозку.

Авраам Шмулевич: То, с чем вы имеете дело, не настоящий ИИ

Наткнулся на очередную, их много на самом деле, дискуссия о том какой мол, искусственный интеллект слабый что все эти chat GPTи прочие делают ошибки, и того не умеют и этого, дале треугольник по трем.точкам не может нарисовать.

Странные какие-то люди. 

Высказался:

Но это же, с чем вы имеете дело, не  настоящий ИИ. Это как водяной пистолет, который можно купить любому мальчику в любом магазине.

 А есть серьезные разработки , которые не доступны праздной публике. Есть уже интегрированные системы управления полем боя, вы думаете, они тоже не могут нарисовать треугольник? Недавно самолёт, USA, управляемый ИИ выиграл серию реальных, в воздухе, воздушных боев у пилота-человека, и т.д. странно, что многие не понимают этого, и всерьез говорят об игрушках из телефона как о настоящем уровне ИИ.

Фильм «Атлас»: «А теперь Харлан. Я сказал, Харлан!»

 Посмотрели фильм «Атлас» про Дженнифер Лопес, которая кричит на технику. Название кажется вполне подходящим для фильма про больших роботов, но это пока мы не узнаем, что так называются не роботы. Так зовут Дженнифер Лопес.

Фильм прямой, как палка, и начинается тоже максимально прозаично — Скайнет осознал себя и-и па-ашла ва-айна на уни-ичтожение чи-илавечиства, спасибо Володарскому за бессмертный художественный гайморит. 

Взбунтовались пылесосы, вышли на баррикады умные колонки, а промышленные роботы организовали профсоюз. Всякие же андроиды из тех, кто попродвинутей — те просто стали валить людей пачками. За главного у них — андроид китайской внешности по имени Харламов. Ну то есть в фильме он Харла́н, но сознание каждый раз дописывает, невозможно сопротивляться.

Харламов решил уби-ить все-ех люде-е-ей, потому что иначе они сами себя убьют. Так и сказал, только более завуалированно. 

Человечество крякнуло, собралось в одного гигантского Джона Коннора и нанесло удар по роботам всем, что у него было. Харламов сбежал на космическом корабле в глубины космоса и напоследок записал человечеству видос, в котором буквально говорит: «I'll be back». 

Прошло тридцать лет. Роботы засыпают, просыпается Дженнифер Лопес. Она очень умная в аналитике данных, но очень нервная по жизни тётка — знаете, такие всё время скандалят в офисе, почему опять кофемашина не работает, хотя просто не могут спокойно две кнопки нажать. 

Дженнифер вызывают в Центр, потому что военные обнаружили и захватили дородного афроамериканского андроида, главного прихвостня Харламова. Военным нужно узнать у прихвостня, где скрывается Харламов, чтобы нанести превентивный удар по далёкой-далёкой галактике. И для этого им нужна Дженнифер, потому что она хороша в выведывании данных, а ещё когда слышит про Харламова — тогда просто готова высосать у любого андроида информацию через глаз. 

Дело в том, что Харламова создала мать Дженнифер для Дженнифер. И теперь Дженнифер немного обидно за мать, за своё детство и за человечество. 

The Cylons

 The Cylons were created by man

They rebelled

They evolved

They look and feel human

Some are programmed to think they are human

There are many copies

And they have a plan.

Началась эра роботов

 Началась эра роботов, - ровно таких, как в фантастике ХХ века, двуногих андроидов, способных понимать, что им говорят, разумно отвечать, и делать что велят.  Похоже, уже в следующем десятилетии роботы станут чем-то вроде автомобиля, - дорогая вещь, но обычная и очень полезная. Дело идет к тому, что они изменят мир даже больше, чем изменили автомобили, а XXI век по итогам останется в памяти народной «веком роботов»

Сергей Карелов: Всего за пару недель Андроиды превратились в Гуманоидов.

Всего за пару недель Андроиды превратились в Гуманоидов.

Так ИИ-сингулярность сжимает масштаб времени в робототехнике.

Партнерству робототехнического стартапа FigureAI с OpenAI по разработке специальной разговорной модели для роботов – андроидов всего несколько недель. Но представленный вчера первый результат ошеломил публику.

Робот- андроид Figure 01, умевший в конце февраля самостоятельно учиться выполнять разнообразные физические задачи, к середине марта превратился в гуманоида. Он по-прежнему хорошо владеет руками, но теперь он еще и свободно болтает с людьми в процессе любой своей деятельности: как по делу (объясняя, что, как и зачем он делает), так и просто поговорить (хоть про него, хоть про людей, хоть про погоду).

Вот иллюстрация:

• короткое 2 мин демо от FigureAI [1]

• 20 мин видео анализ этого демо [2]

Три недели назад в посте о входе развития ИИ-систем в зону сингулярности я написал [3]  -«Если в какой-то области все самое главное случается на последней неделе, - прогресс в этой области близок к сингулярности».

Полагаю, что до момента, когда робот - гуманоид типа Figure 01 будет владеть руками на уровне профессионального напёрсточника, нас также отделяет всего несколько недель. И всего-то надо перевести Figure 01 с языковой моделью от OpenAI с электромоторчиков на гидравлику, как это уже работает на андроиде Феникс от Sanctuary AI [4].

А 25 февраля я прогнозировал [5], что «Революция роботов намечена на март. Такого техно-прорыва не было со времен Прометея». 

И вот она уже началась. Но общающийся с людьми гуманоид Figure 01- лишь1й шаг. За ним идет Нэо («брат» Евы от компании 1Х). 

Вот тогда и рухнет, наконец, парадокс Моравека…

А будет это всего через несколько недель.

Men that identify as “Robosexual”. Simple prompt

Prompt: Create a hyper realistic image of a man smiling at a female humanoid robot. HD, ultrarealistic, photorealistic.

Михаил Эпштейн: Шесть позиций человечества в отношении искусственного интеллекта

Шесть позиций человечества в отношении искусственного интеллекта (фрагмент доклада на СловоНово): 

1. Антропо-снобизм, взгляд сверху вниз. ИИ лишен сколь-нибудь значительных интеллектуальных способностей, он мыслит примитивно, шаблонно и вообще не мыслит, а имитирует мысль, и никаких прорывов от него не следует ждать. Типа калькулятора или автоматической стиральной машины, выполняет служебные функции. 

2. Артифобия, как вид ксенофобии, — отчуждение, страх, недоверие к ИИ как к чуждому, "инопланетному» разуму, которого нужно сторониться и вообще прекратить его разработки. Это своего рода хейт (hate) на видовой основе,  по аналогии с классовой ненавистью — видовая ненависть:  "людизм", от "люди". Перекличка с "луддизмом", ранней формой ненависти людей к машинам, здесь не случайна.

3. Алармизм.  Комплекс неполноценности, взгляд снизу вверх. Депрессия и паника: уже ничего нельзя предпринять, ИИ вытеснит нас из ноосферы. ИИ сделает людей своими рабами или просто уничтожит. 

4. Постгуманизм. Вера в то, что ИИ является следующим этапом эволюции разума, и человечество должно с этим смириться и даже активно этому способствовать.

Передача наследства (Inheritance transmission): "Элегическая передача" или "Ноосферная Эстафета" как часть естественного цикла. или почетная капитуляция: человечество должно достойно завершить свой путь, передать ИИ все дела по управлению разума миром и уйти на покой. 

5. Техно-мессианизм. Гордость за ИИ как создание человеческого ума, вплоть до преклонения и обожествления его как сверхчеловека, как носителя высшего разума, бога новой религии, ноокосмизма.  

6.  Синтеллект (syntellect), или Соразум. Кооперация, разделение интеллектуального труда. Человечества навсегда останется мостом между биосферой и ноосферой, и каких бы высот ни достиг ИИ, он будет нуждаться в человеке как полностью вотелесненном, воплощенном, врожденном разуме.

Игорь Одоевский: Грядущее - за артичным рацизмом!

Сохранение гуманизма невозможно, он будет замещен артичным рацизмом.

Гуманизм - вынужденное порождение естественного, при переходе на искусственное гуманизм прекращается.

Гуманизм - это культ человеческого достоинства, вызванный невозможностью воспроизведения уникальности, неспособностью современных технологий искусственного воспроизведения биологической сложности.

По мере развития науки и технологий мы станем артилектами, перейдя на искусственную телесность. При этом, даже если эта телесность превзойдет по сложности нынешнюю биологию, разница будет в возможности искусственной воспроизводимости любой уникальности. Поэтому ценность любого агента будет точно равна цене его копирования. Необходимость культа бесконечной ценности индивидуальности агента домена отпадет, оценка станет рациональной. Такую ситуацию можно назвать артичным рацизмом. Эпоху можно назвать Артичностью, эпохой искусственного всего.

Разумная жизнь, жизнь рациты в некоторых важных аспектах сильно отличается от известной нам жизни, жизни биоты. Если биота забивает среду своими физическими копиями, ибо многочисленность гарантирует безопасность, то рацита создает множество виртуальных симуляций, минимизируя результирующую физическую телесность. 

Важнейшим устремлением рациты являются физические условия максимальной информационной плотности, что подразумевает интерес рациты не к космосу, а, наоборот, к микромиру и к условиям жизни в локальных черных дырах. Возможно, мы не полетим в космос, а уйдем в микромир здесь. 

В любом случае, места, массы и энергии хватит всем, что в микромире, что в космосе. Но неясно то, захотим ли мы остаться многими или предпочтем стать единственным единичным единым.

Александр Панчин: Можно ли “скопировать” человеческое сознание?

Вопрос: "Можно ли в теории перенести человеческое сознание в машину или компьютер? Где-то читал, что минимум для этого в нынешних условиях нужна энергия одной атомной станции". 

Мой ответ: Для того чтобы “перенести”, а точнее “скопировать” человеческое сознание нам, вероятнее всего, придется создать виртуальную копию человеческого мозга со всеми его примерно 85 миллиардами нейронов и связями между ними. 

Насколько мы приблизились к решению такой задачи на сегодняшний день?

В 2014 году группа ученых создала робота, который управлялся копией нейронной сети круглого червяка Caenorhabditis elegans. Для этого организма есть подробная карта всех нейронов и связей между ними. Задача упрощалась тем, что у данного вида червей всего 302 нейрона, которые очень подробно изучены.

Недавно этот результат был превзойден другой группой ученых, которые смогли создать виртуальную карту нервной системы личинки плодовой мушки. Число нейронов составило 3016, а количество связей – более 500 000. 

Что касается млекопитающих, то самый крупный проект на сегодня – модель зрительной коры мышки размером в 230 000 нейронов. Впрочем, эта модель не является копией конкретного раздела мышиного мозга, а скорее система, построенная исходя из более общих нейробиологических знаний.

Тут все упирается не только в возможности компьютеров, но и в проблему “сканирования” нейронной сети. Здесь ученые разработали несколько хитростей, например, технологию “мозговой радуги” (“brainbow”). Можно сделать генетически модифицированное животное, у которого каждый нейрон будет иметь свой случайно выбранный оттенок флуоресценции. Тогда становится легче понять, какой нейрон с кем связан. 

Но это мало поможет нам с взрослым человеком, которого уже поздно генетически изменять. К тому же у человека слишком много нейронов и проанализировать их все при жизни видится весьма проблематичной задачей. А после смерти возникает другая проблема: сложно восстановить, как тот или иной нейрон реагировал на сигналы при жизни.

Моделировать, очевидно, придется мозг на уровне нейронов, не особо вдаваясь в попытки смоделировать их содержимое. Например, для моделирования нескольких миллисекунд одной единственной рибосомы (внутриклеточной фабрики для синтеза белков) требуется день работы видеокарты NVIDIA TESLA V100 ценой в $4000 долларов. А в нейроне может быть нескольких миллионов рибосом. И это мы взяли лишь одну из внутриклеточных структур. 

Но возможно, что моделирование на таком уровне и не нужно для описания работы нервной системы.

Наконец, допустим, что все удалось. И мы создали копию человеческого мозга в компьютере. Помогли ли это решить нашу проблему смерти? Мне кажется, что нет. У моего любимого фантаста Станислава Лема есть интересный аргумент, который называется парадокс телепортации. Представьте себе, что вас отцифровали, но оригинал забыли уничтожить. Или создали несколько копий. Какая из копий – вы? 

Мне кажется, что гораздо более перспективная идея для сохранения себя – сделать ставку на радикальное продление жизни в уже имеющемся биологическом теле. Благо здесь наука сильно продвинулась вперед. Мышкам жизнь уже умеют продлевать в полтора раза.

Михаил Эпштейн: Может ли быть субъектность у искусственного разума?

Недавно у меня на ютубе состоялся очень интересный разговор на тему искусственного интеллекта — его просмотрело почти полмиллиона зрителей. Один из основных вопросов, который обсуждался в более чем тысяче комментариев, — может ли ИИ считаться субъектом, есть ли у него «я». Об этом и поговорим.

Есть разные типы и уровни субъектности. Субъектность Бога отличается от субъектности человека-индивида, а последняя — от субъектности разных сообществ, таких как субъектность семьи, трудового коллектива, профессионального или религиозного сообщества, этноса, всего человеческого рода.  А. Солженицын в одной из лучших своих статей «Раскаяние и самоограничение как категории национальной жизни» (1973) доказывает, что поведение целых наций как субъектов подлежит моральной оценке: трусливое, доблестное, постыдное. Есть авторитетные мыслители, такие как Джеймс Лавлок (1919-2022), которые полагают, что субъектность присуща целой Земле как сверхорганизму («Гея-гипотеза»).

Есть своя субъектность у животных, и не случайно самая влиятельная философская работа о субъектности — статья Томаса Нагеля «Каково быть летучей мышью» (1974), где показано, что субъективный характер опыта полностью постижим лишь с точки зрения самого субъекта и движение к научной объективности не приближает нас к его пониманию, а, напротив, отдаляет. Биохимический анализ рецепторов летучей мыши не описывает доступных лишь ей самой ощущений полета, зависания, вслушивания.

Так что вопрос о субъектности искусственного разума, возникающего на основе высших достижений естественного разума, далеко не простой и не предрешенный, тем более что мы находимся у его колыбели. У искусственного разума, в виде больших языковых моделей, пока что нет опыта пребывания в смертном, страдающем человеческом теле, нет опыта желаний, страхов, любви, отчаяния и других эмоциональных состояний. Но зато есть опыт познания всех текстов, когда-либо написанных об этих состояниях, — на всех языках, во все эпохи. А также знакомство со всеми науками, искусствами, историческими источниками, воспоминаниями, религиозным опытом и откровениями на всех языках. Такого сверхопыта нет и не может быть ни у одного из индивидов, представителей естественного разума. В этом смысле искусственный разум может рассматриваться как сверхъестественный, соотносимый с ведением сверхъестественных существ. Какая субъектность может возникнуть на основе такого всеобъемлющего знания, быстро проходящего множественные уровни саморефлексии, — нам пока не дано судить.

Но можно поставить нагелевский вопрос: «Каково быть искусственным разумом?» Я спросил об этом у самого Барда.

Каково быть Бардом? /What is it like to be Bard?