Андрій Поцелуйко: Ефект Мандели крізь призму Адвайта-веданти та концепції Махамайї

Ефект Мандели зазвичай описують як явище, коли велика кількість людей однаково пам'ятає певні події або факти, які не збігаються з їхнім сучасним виглядом. У сучасній культурі це часто пояснюють помилками пам'яті, паралельними всесвітами або переходами між гілками реальності. 

Проте існує ще одна можлива інтерпретація, яка спирається на метафізику класичної Адвайта-веданти та поняття Махамайї.

Класична Адвайта-веданта виходить із принципового розрізнення між абсолютною та відносною реальністю. Абсолютною реальністю є Брахман, або Атман, — чисте, незмінне буття-свідомість, що не народжується, не змінюється і не залежить від часу. Усе, що належить до світу множинності, часу, причинності та індивідуального досвіду, належить сфері Майї. Саме Майя створює видимість окремих предметів, особистостей і історичних подій, хоча з позиції Абсолюту вони не мають самостійного буття.

У цьому контексті важливо наголосити, що Адвайта-веданта не розглядає Майю як абсолютне ніщо. Вона є відносною реальністю: світ існує для досвіду, але не має остаточного, незалежного статусу. Ілюзія полягає не в тому, що світ зовсім не існує, а в тому, що він помилково сприймається як самодостатній і остаточно реальний.

Адинатх Джайядхар: Молотом по башке имбецилов!

Есть такое расхожее мнение, что человек знания обязан быть равнодушным к тому, что происходит в мире. Мол, этот мир иллюзорен, а существует лишь Брахман. Ох, сколько раз такие люди «разоблачали» мою тупость, фальшь и бездуховность на основании того, что я проявляю неравнодушие к происходящему в мире форм. Я виноват в том, что восхищаюсь красотой природы и шедевров искусства, забочусь о процветании семьи, люблю котиков и мышек, и не люблю негодяев и угнетателей. Всё это «явно говорит» о том, что я не являюсь человеком знания. Ведь человек знания обязан быть вялым, равнодушным и безразличным. Именно равнодушие, вялость и безразличие по отношению к миру форм и понимается некоторыми как признак мудрости. И эти некоторые не понимают учение Кашмирского шиваизма.

Всё в сути едино, всё в сути есть Божественность. Однако эта божественность проявляется на поверхности бытия как узор мироздания, состоящий из множества различных и даже антагонистичных друг другу элементов. Весь океан един, но его волны отличаются друг от друга. И подлинной мудростью является не просто осознание океанического единства, но и умение видеть игру множества волн.

Вода из родника и вода из канализации – это Н2О. Однако мудрец не делает из этого факта вывод о том, что можно с равным успехом употреблять воду из канализации и родника. Бог есть и в тигре, однако умный понимает, что совать тигру голову в пасть – плохая идея.

Есть люди, которые считают мир множества форм иллюзорным, сансарой. А вот адепты Кашмирского шиваизма, тантрики, так не считают. Мир форм не есть ноль, не есть стопроцентная фикция. Мир форм не является иллюзией, он является проявлением Махашакти – великой энергии Божественности. Его существование относительно, но не иллюзорно.

В своё время индийскую цивилизацию погубило распространение трактовки мира форм как иллюзии. Зачем развивать науки, если всё вокруг иллюзорно? Если бы возобладала тантрическая трактовка, это поддержало бы и развитие наук, и развитие военных технологий, способных остановить исламское завоевание.

Мир форм не обязательно должен быть сансарой. Он есть сансара для сансарина. Для адепта же мир форм – это игровое поле, где божественность играет в разные игры. Играет в уродство и красоту, в любовь Ромео и Джульетты, в войну и мир, в благородство и подлость, в подвиг и в трусость.

Мы, адепты, выбираем себе игру по вкусу. Мы осознаём всеобщую божественность реальности, её единство, но при этом мы осознаём правила игры: воду из родника пить можно, а из канализации нельзя. Если холодно – надень шапку. Если вокруг красивая природа – любуйся. Если шеф приготовил тебе изысканное блюдо – наслаждайся. Не даром, ведийские мудрецы говорили: «Если мужа не восхищает красота природы, изысканные яства и красавица, то он либо аскет, либо скотина».

Если выбрал жизненную роль достойного человека – веди себя достойно. Если видишь, как негодяй творит зло – негодуй и при возможности останови его. Делай это искренно, не забывая об игровой природе мира форм и о божественности её сути. Человек знания не обязан быть аскетом, равнодушным и пассивным в быту. Человек знания может быть тантриком, восхищаться окружающей красотой, осуждать окружающую подлость и писать труды по эстетике, как это делал святой Абхинавагупта. Не забывая о Божественности!

Достаточно ли понимать, что всё иллюзорно? (Из наставлений Ринчена Тензина Ринпоче)

Всё возникает из нашего ума, пребывает в нашем уме и растворяется в нашем уме. Несмотря на то, что мы видим вокруг как будто бы реальные вещи, мы их видим только за счёт того, что так работают наши органы чувств. На самом же деле всё это — ни что иное, как проявления нашего собственного ума.

Если мы наденем очки с жёлтыми стеклами и забудем о том, что надели их, то будем воспринимать все вокруг жёлтым и считать это абсолютно реальным. Сняв потом эти очки, мы очень удивимся, обнаружив, что бумага оказалась белой, а не жёлтой. Похожим образом «устроена» и та видимость, которая у нас обычно присутствует. Все, что мы видим — это проявления нашего ума. Если мы считаем, что существует что-то реальное, что не является видимостью нашего ума, то это называется цеплянием за «я» или цеплянием за самость.

Когда мы цепляемся за самость, мы думаем, что что-то реально происходит и переживаем из-за этого. Но стоит нам осознать, что это не обладает истинным существованием, как переживания из-за этого потеряют всякий смысл. Нет никакой причины для того, чтобы это причиняло нам страдания. Когда мы перестаём цепляться, мы перестаём думать о том, что происходит то или иное, и, хотя у нас в уме что-то и возникает, мы оставляем это без внимания, не реагируем на это. Именно в этом заключается необходимость постижения отсутствия истинного существования.

Мы уже много раз и с самых разных сторон рассматривали иллюзорность, и наверняка многие из вас действительно поняли, что это так. Но интеллектуального понимания недостаточно, именно поэтому сейчас мы с вами с помощью различных практик пытаемся это осознать и почувствовать на собственном опыте.

Зачем нам это?

Эрик Девис: Мы уже живем в весьма разнообразной виртуальной реальности

Мы уже живем в весьма разнообразной виртуальной реальности: образы, звуки, текстуры и запахи — все это призраки в мозге, составленные из ранее существовавших концептуальных паттернов и входных сигналов, которые мы получаем от органов чувств, оформляющих эти сигналы «на лету». Эти сигналы несут в себе не сами предметы, а только информацию о том, как мы готовы взаимодействовать с этими вещами. С этой точки зрения ощущение «я» — это своего рода пена, которая формируется на поверхности бурлящего варева памяти, восприятия и разнообразных рекурсивных циклов. И поскольку нет ничего магического в процессе, который создает сознание из работы наших нервных сетей, тогда теоретически ничто не должно мешать перенесению всех этих виртуальных токов прямо внутрь достаточно детализированной копии. На самом деле этот перенос может улучшить положение вещей. Мы будем сидеть и смотреть на то, как наш труп, лишенный мозга, бьется в последних спазмах, взирать на то, что было нашим телом, глазами киборга, как астральные путешественники.

Эрик Дэвис. Техногнозис: миф, магия и мистицизм в информационную эпоху

Любопытный эксперимент

Адинатх Джайядхар: Абхасавада, Пратибимбавада

Мир, согласно бхайрава-кали-даршане – это не материальная реальность, а проявление аспектов божественного сознания. Он не субъективен, так как не является проекцией сознания какого либо человека. Он объективен, но не материален в привычном для многих людей смысле слова «материальность». Мир объективен, и при этом создан сознанием из сознания, которое некоторые западные люди именуют «духом». Как упоминал доктор философии Камалкар Мишра, «сознание само по себе является объективной реальностью».

Согласно бхайрава-кали-даршане, вселенная, воспринимаемая людьми, – это кажущееся проявление, именуемое в данной традиции абхаса (воспринимающееся явление). Другим термином, описывающим суть вселенной множества феноменов, является пратибимба (отражение). Когда мы видим себя в зеркале, то можем назвать своё тело бимбой (архетипом), а отражение в зеркале можем назвать пратибимбой или абхасой. То есть отражением, подобием, кажущимся проявлением. Отражение с одной стороны едино с оригиналом, с другой стороны, оно отлично. В чём отражение с ним едино и в чём отлично от него? Оно едино с архетипом в том, что само по себе оно не является самодовлеющей реальностью или некой субстанцией, отличной от оригинала. Фактически, оно представляет собой образ архетипа, без которого оно не может существовать.

10 признаков того, что мы живем в матрице

Еще несколько тысяч лет назад Платон предположил: то, что мы видим, может быть вовсе не реальным. С появлением компьютеров идея обрела новую жизнь, особенно в последние годы, когда появились фильмы «Начало», «Темный город» и трилогия «Матрица». Ну и задолго до появления этих фильмов идеи того, что наш «дизайн» виртуален, находили место в фантастической литературе. Может ли наш мир действительно в буквальном смысле быть смоделирован на компьютере?

10. Симуляторы жизни

Компьютеры могут обрабатывать огромные объемы данных, и некоторые из наиболее продуктивных и интенсивных решений требуют моделирования. Симуляции подразумевают включение множества переменных и искусственный интеллект для их анализа и изучения результатов. Некоторые симуляции сугубо игровые. Некоторые вовлекают ситуации из реальной жизни, например, распространение болезней. Некоторые игры представляют собой исторические симуляторы, которые могут быть игровыми (например, «Sid Meyer’s Civilization») или имитируют рост реальной жизни общества в течение долгого времени.

Именно так выглядят симуляции сегодня, но компьютеры становятся все мощнее и быстрее. Вычислительная мощность периодически увеличивается вдвое, и компьютеры через 50 лет вполне могут быть в миллионы раз мощнее, чем сегодня. Мощные компьютеры позволят проводить мощные симуляции, особенно исторические. Если компьютеры станут достаточно мощными, они смогут создать историческую симуляцию, в которой у самоосознающих существ не будет ни малейшего представления о том, что они являются частью программы.

Думаете, мы далеко от этого? Гарвардский суперкомпьютер Odyssey может смоделировать 14 миллиардов лет всего за несколько месяцев.