Пико делла Мирандола, Джованни. О достоинстве человека (1486)

Пико делла Мирандола, Джованни. О достоинстве человека (1486)

Pico della Mirandola, Giovanniю Oratio de hominis dignitate (1486)

Работа «О достоинстве человека» итальянского гуманиста Джованни Пико делла Мирандолы (1463-1494) является манифестом эпохи Возрождения, анализом человеческой свободы и реконструкцией фундаментального философского синкретизма, рассматривающего уникальное положение человечества в космосе. 

В книге основное внимание уделяется критике средневекового взгляда на человечество как на существо, жестко привязанное к фиксированной иерархии, и постулируется, что люди — это «хамелеоны», наделенные неопределенной природой. Пико исследует взаимосвязь между свободой воли и самореализацией, структуру различия между растительным, животным и ангельским мирами, концепцию философского мира как движущей силы всеобщей гармонии, а также существенную связь между Каббалой, герметизмом и христианской теологией в построении вечной мудрости. 

Работа освещает обоснование гуманистической антропологии и плюралистического интеллектуализма не как бунт против Бога, а как строгий аналитический инструмент для понимания сохранения структур воли, разума и духовного восхождения, которые определяли современность. Это важное исследование, иллюстрирующее диалектику между Необходимостью и Свободой.

I. Концептуальная основа: Человек как Архитектор Самого Себя

Первая ось анализа посвящена обоснованию центрального тезиса речи: в отличие от других существ, которым Бог приписал фиксированную природу, человек был создан без определенной формы, чтобы Он Сам мог наделить себя ею.

Человеческая неопределенность: Автор утверждает, что Бог, исчерпав модели сотворения других существ, создал человека «неразумной природы» (неопределенная). Этот том посвящен таксономическому определению ключевых понятий: свобода воли, микрокосм, философия согласия, мистическое восхождение и достоинство.

Ось радикальной свободы: Рассматривается красноречивый и оптимистичный тон работы. Пико предлагает тщательную критику детерминизма, предполагая, что способность к выбору определяется как фундаментальная область человеческого совершенства: человек может унизить себя до звериного или возвысить себя до божественного собственными усилиями. Автор анализирует, как интеллектуальная любознательность выступает движущей силой достоинства, демонстрируя, что человечество достойно не того, что оно есть, а того, чем оно может стать.

II. Фокус анализа: Синкретизм и поиск мира

Основное внимание в исследовании уделяется анализу причин, определявших предложение Пико обсудить 900 тезисов, которые должны были объединить все известные к тому времени традиции мудрости.

Причины структуры (Pax Philosophica): Рассматриваются основные причины, коренящиеся в стремлении к всеобщему синтезу. Пико анализирует учения Платона, Аристотеля, халдеев, египтян и евреев как источник, который привел к единой истине, проявляющейся в множественных формах. Автор определяет философию и теологию как сцену для очищения, которое должно привести душу к внутреннему миру и встрече с единством.

Ось значимости (Человек как центр мира): В этом разделе рассматривается напряжение, вызванное столкновением с церковной ортодоксией. В книге подчеркивается, что речь была написана для защиты его тезисов перед Папой, что делает ее важной для понимания автономии мысли перед лицом догмы. Пико анализирует природную магию и Каббалу как важнейшие ресурсы для понимания сил Вселенной. 

Работа показывает, как «О достоинстве человека» является лабораторией современности, предполагая, что наследие Джованни Пико делла Мирандолы заключается в том, что он возложил ответственность за судьбу человека на плечи индивида, подтверждая, что человек — «самое счастливое из живых существ» благодаря своей абсолютной свободе.

Центральные вопросы: Анализ завершается связью между интеллектом и этикой. Работа Пико делла Мирандолы существует в напряжении между энциклопедической эрудицией и страстью к трансцендентности. Исследование показывает, как его книга является важнейшим ресурсом для понимания перехода от Средневековья к Ренессансу, предполагая, что ее ценность заключается в том, что она оставила нам видение, в котором культура является средством для выполнения человеком своей миссии — быть «зрителем и поклонником» Вселенной.

Павел Шехтман: Почему ЧЕЛОВЕК является абсолютной ценностью

Идея, что "человеческая жизнь являетсяа абсолютной ценностью" - является одной из худших подмен в истории цивилизации.

Изначально, от Канта,  это звучало: "ЧЕЛОВЕК является абсолютной ценностью".

Но абсолютной ценностью человек является потому что он - СВОБОДНАЯ И РАЗУМНАЯ ЛИЧНОСТЬ.

Следовательно - там, где человек не свободен и не разумен, его жизнь сама по себе бессмысленна. 

Следовательно - свобода и разум ВЫШЕ физического существования.

Следовательно - ради защиты свободы и разума можно и должно приносить любые жертвы.

Владимир Емельянов: В христианской культуре очень четко различаются три уровня - природное, человеческое и божественное

Без Христа жить тяжело. И в Ираке было тяжело, и в Самарканде, и в Японии.

В христианской культуре очень четко различаются три уровня - природное, человеческое и божественное. Приоритет у человеческого, потому что Бог воплотился. А человеку и надлежит быть человеком по плоти и по душе. Тогда он понимает сам себя.

В исламе божественное поглощает человеческое и разлучает человека с природным. Человек следует закону и себя не сознает.

В Японии три уровня сливаются в синто до неразличимости и безымянности. Чтобы выделить человеческое, нужен буддизм. Но буддизм не признает природное, считая его иллюзией восприятия. Сознание он дает, а плоть и бытие отвергает. Поэтому человек там лишен целостного восприятия себя.

И только в Израиле и в Турции чувствуешь присутствие Христа как норму. Весь современный иудаизм существует уже после Христа, он без христианства невозможен. А про Константинополь и говорить нечего, это просто город Христа, и на людях есть благодатный отсвет гуманизма.

Ambrose Von Sievers: Животное и человек

Взаимоотношения человека и животных имеют больший смысл, чем то принято представлять. Тем более они не могут описываться в сентиментальных тонах, как уже давно устоялось в литературе. Стало очевидным, что и сия тема достойна некоторого осмысления и хотя бы частичного описания.

       Из Библии мы знаем, что животные созданы раньше человека (Быт. 1:21-25). Они сущностно отличны от человека, ибо тот создается отдельно (Быт.1:27 ), отчего называть человека животным будет все-таки неправильно. Выражение Аристотеля в знаменитом сочинении «Никомахова этика» «человек по природе есть политическое животное» - очень оригинально, но вряд ли отражает суть. Туда же можно отнести и юмористический казус с определением Платона, что «человек есть животное на двух ногах, лишённое перьев», после чего Диоген ощипал петуха, объявив, что се и есть «платоновский человек». (Данное определение дополнили утверждением: «С широкими ногтями» что человек без перьев.) Как отдельное божественное творение человек имеет исключительность — богоподобие, коего у животных нет. Но, в тоже время, по своим биологическим характеристикам весьма близок к животным, что обязательно надо констатировать.

      Взаимоотношения человека и животных установлены на отношениях, кои мы видим еще в раю. Бог приводит животных к Адаму: «Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел [их] к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей. И нарек человек имена всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым» (Быт.2:19-20). Дать имя — установить межличностную связь. Тем паче, что данные живые существа имен еще не имели. Также можно понимать, что связь имелась и обратная: живые существа не только принимали свои имена, но и отвечали человеку, соответственно его положению. Дать имя можно, только если понимаешь того, кому его даешь. Очевидно, что Адам знал суть каждого живого существа, давая имя, адекватное тому или иному представителю мiра. Сие указывает на особый сверх природный интеллект человека, а не только животную интуицию, в нем присутствующую. Прозревать неявное или даже тайное — признак особого свойства. Состояние райское не просто мирное, оно — симбиотическое. Библия замечает: «И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над зверями, и над птицами небесными, и над всяким скотом, и над всею землею, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле» (Быт.1:28). Слово «владычествуйте» в Вульгате передано как imperare, т. е. организованно управлять, что не случайно. Симбиотичность была не хаотической, а структуризационной и взаимообучающей в общей иерархии. Установленной от Бога. Симбиотичность существовала в полной мере между всеми живыми существами, бывшими, как мы видим, вегетарианцами: «И сказал Бог: вот, я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; – вам: сие будет в пищу; а всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому [гаду,] пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу» (Быт.1:29-30). Сие древнейшее известие о первобытной пище человека и животных: для человека ею служили различные травы с их кореньями и деревья с их плодами, для животных же – травная зелень. Основываясь на умолчании бытописателя о мясе как предмете пищи, большинство комментаторов полагает, что оно в первое время до потопа или, по крайней мере, грехопадения, не было в употреблении не только у людей, но даже и у животных, среди коих, следовательно, не было хищных птиц и зверей!

    Очень важное замечание! Что же случилось?

Деметриос Перулас: Уриил, Ангел Гнева, самый неизвестный архангел

Многие из друзей, которые рассматривают будущее антропософского социального импульса по отношению к остальному человечеству, возможно, задавались вопросом: почему Рудольф Штайнер дал нам такое глубокое понимание сущности Михаила и упомянул архангела Уриэля только дважды (в 1923 г. конец его жизни)?

Книга Еноха - одна из священных книг ессеев - показывает, что Уриил сыграл важную роль в руководстве ходом истории. Уриил - ангел, связанный с Сатурном. Он также был ведущим духом времени во время рождения Христа. Он снова станет ведущим духом времени примерно к 2300 году.

С Уриэлем мы научимся видеть не только прошлое, но и далекое будущее. Мы откроемся не только узкому горизонту Земли, но и огромному горизонту от Сатурна до Вулкана.

Эмерсон написал об Уриэле целое стихотворение. Он сообщает нам, что Уриил обладал такой огромной мудростью, что даже ангельские воинства содрогнулись, когда услышали, как он произносит слова: «Зло благословит, и лед будет гореть».

Из лекций Рудольфа Штайнера мы знаем, что разум Уриэля управляет всей планетарной и зодиакальной активностью в космосе и что в мышление Уриэля заложено космическое мышление. Его строгий взгляд заставляет нас осознать наши ошибки и проступки, наш кармический долг перед людьми и Землей. Вот почему Уриил хочет, чтобы мы развили «историческую совесть». В то время как Майкл хочет, чтобы мы развили человеческое сознание по отношению к сверхчувственному, Уриил хочет, чтобы мы проснулись к внутренней совести.

Уриила также называли Ангелом гнева. Мы уже можем почувствовать, что наступили апокалиптические времена. Те, кто не связан с Божественным, могут испытать Уриэля как болезненного ощущения. Соглашаясь с Уриэлем и его космическим мышлением, мы можем найти в себе смелость встретить будущее с более глубоким пониманием и большей социальной волей. Это означает, что мы должны развивать отношение, которое принимает потребности другого как отправную точку. Такое социальное отношение отсутствует в представлениях об этом. Он живет только в социальных делах. Человечество не найдет своей истинной судьбы, если отсутствует хотя бы одна душа, когда человеческое достоинство не гарантировано каждой душе.

Некоторые взглянули на жизнь Штайнера и увидели три разных периода. Другие, такие как Гарри Салман, осознали четырехчастный ритм этой необычной жизни.

В первый период (1902–1909) наблюдается сильный Михаєлический импульс, когда Михаєль был представлен как Регент Солнца и Дух-путеводитель нашего времени. Во второй период (1909-1916) развитие искусства можно было рассматривать как связанное с Габриэлем, покровителем искусств. Третий период (1916-1923 гг.) показывает четкий лечебный импульс, влияние Рафаэля. Следующие семь лет начались в 1923 году с Рождественской конференции, которую можно было рассматривать как событие Троицы. Это произошло всего за два года до безвременной смерти Рудольфа Штайнера в 1925 году.

Когда ученики вышли в мир, чтобы распространять Слово после первой Троицы, мы вместе со многими другими призваны основать новую культуру, основанную на духовных принципах, и вернуть человека (антропос) в центр сцены.

Вильфрид Хаммахер в своей поэме «Уриэль» (из пьесы «Речь и эвритмия») говорит: