Павел Шехтман: Почему религию называют опиумом

Почему-то часто пишут, что Маркс взял сравнение религии с опиумом у английского христианского проповедника-социалиста Кингсли, хотя Кингсли употребил его 1848 году (Маркс в 1843) и при том очень грубо, без той игры смыслов которая у Маркса: «Мы использовали Библию, как будто это справочник констебля или как дозу опиума, успокаивающего перегруженное вьючное животное – чтобы поддерживать порядок среди бедных». 

Между тем Маркс в статье "К критике гегелевской философии права" вообще не говорил что религию кто-то "использует" со злонамеренными целями, конкретно отрывок звучит так: "Религиозное убожество есть в одно и то же время выражение действительного убожества и протест против этого действительного убожества. Религия — это вздох угнетённой твари, сердце бессердечного мира, подобно тому как она — дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа".  

Если же взять боле широкий контекст, в котором употреблена фраза, то видим такое рассуждение: религия есть самосознание и самочувствование человека, который или ещё не обрёл себя, или уже снова себя потерял. Они (самосознание и самочувствование) есть порождение государства и общества, и является превратным мировоззрением, ибо сами они — превратный мир. Религия претворяет в фантастическую действительность человеческую сущность, потому что (в существующих условиях) человеческая сущность не обладает истинной действительностью. Следовательно, борьба против религии есть косвенно борьба против существующей системы отношений, "против того мира, духовной усладой которого является религия.

Сравнение религии с опиумом запустил в обращение Руссо (мол, набожность, как опий, бодрит в малых дозах и успыляет или приводит к безумию в больших), но тут Маркс скорее отсылает к афоризму из сборника афоризмов Новалиса, известного тогда каждому образованному немцу.  Новалис говорит: "Ваша так называемая религия действует как опий: она завлекает и приглушает боли вместо того, чтобы придать силы".

Андрей Шуман: Есть ли универсальная мораль?

1. Мораль не связана с религией и религиозностью. В религии цель -- поддержание специфического консенсуса, созданного когда-то. И в этой цели иногда  любые средства хороши. Неморальные тоже. И даже очень. Это отметили в период Просвещения и придумали новое движение -- естественную религию.

2. Естественная религия -- это врожденная мораль, посчитали просветители. Исконное убеждение о добром и хорошем, которое есть у всех представителей разных религий. Спиноза был адептом естественной религии. И доказал существование внерелигиозного Бога в геометрическом порядке. 

3. Кант пошел дальше Спинозы и объявил, что источником морали являюсь я сам, и никто другой и даже не соседка Зинка, а Бога наверное нет. И именно Кант впервые сформулировал в истории человечества мораль как что-то универсальное и законы морали как универсальные. Фейербах показал, что это в чистом виде атеизм -- там, где мораль универсальна. Фейербах был за универсальную мораль и за атеизм: homo homini Deus est.

4. Неокантианцы развили эти идеи Канта об универсальности морали ещё дальше. И именно в их среде стало особенно популярно политическое движение национал-социализма. Потом неокантианцы ушли на восточный фронт.

5. И уже после войны франкфуртцы первыми поняли, что именно универсальная мораль, именно этот конструкт, породил национал-социализм.

Универсальная мораль -- это ложный конструкт. Её нет. Есть люди и их способы ладить и договариваться, никого не обижая. Это тяжело. И ошибки здесь не избежны. И нам нужно уметь их осознавать.

Александр Елисеев: Падение Робеспьера: немного конспирологии

Как известно, «Неподкупного» свергли и казнили в то самое время, когда он упорно навязывал Республике культ Верховного Существа. 

Сам Робеспьер резко критиковал атеизм, считая его выдумкой аристократии. Дескать, так её легче распутничать и угнетать народ, ведь нет ведь никакого трансцендентного контроля.

В общем, тут всё верно – если только сделать поправку. Речь идёт о некоем сегменте аристократии, который и устраивал все эти «буржуазные» революции. С целью освободить себя от страха Божья и власти Монарха.

Собственно, эти ребята и сейчас рулят, хотя не на сто процентов. 

Генон чётко определил стратегию подрывных сил. 

Сначала жёстко подавляется Духовность, присущая традиционному обществу. 

Происходит атеистическая, материалистическая и рационалистическая обработка. 

Тем самым человека отвращают от высших, райско-ангелических влияний. Он остаётся без них. 

Но вот тогда-то на него и начинают мощно влиять силы из иного, Душевного мира. Из региона не Духа, но Души, из мира тонких, «психоэмоциональных» форм, из Нави. 

Вот тут уже наступает время Контр-Традиции, Великой Пародии, временного торжества «Обезьяны Господа Бога». Это эпоха отчаянного оккультизма, который «отменит» все религии, но и, одновременно, смешает их все в один эсхатологический компот.

Робеспьер был, безусловно, посвящён во все эти планы. Только вот «беда» (для Масонерии - тогдашней) – был он слишком уж честен и простодушен. И попытался сразу перепрыгнуть из фазы атеизма – в фазу оккультизма. Это очень уж сильно расходилось с планами сил Подрыва, субверсии, которые делали ставку на культ Разума, который приобрёл огромное влияние среди не только в городских, но и сельских кругов. К слову, представление о набожности французского крестьянства (как и российского) очень преувеличены. Хотя не без того.

Так вот. Культ Разума – культ рассудка, культ Рацио. Это вот то, что было нужно гипер-Элите – на тот момент.

Но действительно Неподкупный – Робеспьер – отправил «национально бриться» адептов «Разума» - Шомета и прочую бешеную братию. Тем самым очень сильно ослабив актуальный фронт субверсии. Да ещё и стал сразу навязывать культ Верховного Существа, пришествие которого Инверсионал все же тщательно продумывал и готовил.

Да, тут, кстати можно провести некие параллели и с другим «Неподкупным» - «Максимилианом Лениным» (как его обозвал Троцкий). Тот тоже любил перескакивать перепрыгивать через «фазы». Но это отдельная тема.

Папа Франциск: Бог сможет простить и агностиков, и атеистов, если те будут вести себя по-божески, и жить по совести

Папа римский Франциск обратился ко всем агностикам и атеистам мира через письмо, которое было опубликовано изданием La Republica. В своем послании понтифик отметил, что Бог сможет "простить и агностиков, и атеистов, если те будут вести себя по-божески, и жить по совести".

Также Франциск заявил о том, что в течение веков "христианская вера была символом света и чистоты", а теперь, приукрашенная средствами массовой информации, она выглядит как "темный лик суеверия", противостоящий "свету разума человеческого".

"Главная задача тех, кто не верит в Бога - следовать своим моральным принципам. Грех среди неверующих - это когда кто-то поступает против своей совести. Чтобы понимать разницу между добром и злом, человеку нужно прислушиваться к своей совести", - заявил понтифик.

Своим обращением к пастве и тем, кто "не верует", понтифик показал, что настало "время для свободного от предрассудков диалога", в рамках которого католики мира могли бы изложить истинную суть своей веры, ее ценности и приоритеты.

"Бог простит неверующим грехи их, ибо милость Божия безгранична", - резюмировал папа римский.

Примечательно, что письмо понтифика, занявшее несколько страниц, было опубликовано изданием вскоре после заявления недавно назначенного госсекретаря Святого Престола Пьетро Паролиньи, который заявил о том, что "целибат не является обязательной догмой для современной церкви".

Опубликованное письмо стало ответом Франциска на недавнюю публикацию в издании La Republica. Автор провокационной статьи задавался вопросом: "Простит ли Бог атеистов?".

Да, религия - опиум. Но не наркотик, а анестетик

Из интервью с протодьяконом о. Андреем Кураевым

— Отец Андрей, может быть, не так уж неправ был Маркс, называя религию опиумом? Передозировка, религиозный фанатизм, весьма плачевно сказывается на душевном здоровье.

— А я никогда не спорил с этой формулой Маркса. Просто надо учитывать, что в XIX веке слово «опиум» означало не наркотик, а анестетик. Обезболивающее. Образный ряд, в котором звучат эти слова, очень высок: «Религия — это вздох угнетенной твари, сердце бессердечного мира, дух бездушных порядков. Религия есть опиум народа...» Другими словами: функция религии в том, чтобы помочь человеку остаться человеком в бесчеловечной среде. Возможно, Маркса это не устраивало. Но он сделал грамотный вывод: критиковать надо не религию, а общественные порядки, порождающие необходимость в религиозном утешении. Ну а что касается конфликтов и споров, так это нормально. Назовите мне такую область человеческой мысли, где нет полемики, конкуренции. Если вы такую область найдете, это будет что-то очень и очень нехорошее. Мертвое.