Василий Танасийчук: Синдром Стендаля (флорентийский синдром)

Синдром Стендаля (флорентийский синдром) - это психосоматическая реакция, возникающая при эстетическом шоке от созерцания искусства или красоты природы. Проявляется учащенным сердцебиением, головокружением, галлюцинациями, паникой и даже обмороками.

Давайте будем честны, Синдром Стендаля вовсе не медицинский случай. Это скорее момент истины. Момент, когда становится ясно, способен ли человек расшириться до размеров вселенной или он схлопывается в черную дыру. Ведь это не искусство слишком сильное, а человек слишком слаб, чтобы стать равным ему.

Подлинное искусство отбирает тех, кто способен выдержать напряжение откровения и отделяет тех, кто должен отступить. Оно не демократично. Оно аристократично по своему духу. Назвать происходящее «синдромом», значит патологизировать силу эстетики и оправдывать слабость человеческого духа. Можно назвать это иначе. Не болезнь, но экзамен.

Красота высокого искусства - это не гармония в привычном понимании. Это проявление сверхестественной силы. Она захватывает, подчиняет и трансформирует. И если субъект не выдерживает, это означает, что его воля недостаточна.

Искусство не создаётся для удовольствия.

Оно создаётся как вызов, как преодоление, даже как испытание. И если при встрече с ним человек теряет равновесие, испытывает головокружение, то это не случайность.

Вероятно, человек столкнулся с чем-то превосходящим масштабы его восприятия.

То, что мы сегодня называем Синдром Стендаля известно с античных времен. Это проявление дионисийского начала. А это растворение индивидуальности, утрата границ, экстаз. Но здесь есть ключевое различие. Сильный переживает это как расширение, а слабый — как крах.

https://www.facebook.com/vasyl.tanasiychuk.142526/

Rimo Zanmo: Мысли из творческого дневника

 В тишине моей мастерской рождаются образы, наполненные особым смыслом. 🙏✨

Сегодня на моем столе — плоды творческого созерцания. Мой новый рисунок посвящен Драгоценной Вазе — одному из восьми благих символов Дхармы. 🏺 Она является прообразом неисчерпаемых сокровищ духа и благой удачи, которые мы взращиваем в своем сердце. Для меня большая радость и честь — иметь возможность соприкасаться с этой древней традицией через краски и линии.

Рядом с рисунком — маленький желтый медвежонок, сшитый вручную из мягкого флиса. 🧸 Несмотря на свою простоту, он также несет в себе доброе пожелание тепла и защиты. Я верю, что даже в таких малых вещах может проявиться забота о благополучии других.

Творчество — это мой путь практики и способ выразить благодарность этому миру. Каждый стежок и каждый мазок кисти я стараюсь делать с чистым намерением и любовью. ✨🌿

Пусть эти символы принесут мир и гармонию в пространство каждого, кто их увидит.

С уважением и теплом, Римо Занмо,

1 марта 2026 года.

Текст написан в соавторстве с ИИ. 

Dhani Irwanto: Pareidolia

Что вы представляете, глядя на эту фотографию? Если вы представляете женщину, сидящую в пасти окаменевшего крокодила, вы испытываете парейдолию.

Парейдолия — это склонность восприятия навязывать осмысленную интерпретацию неопределённому, обычно визуальному, стимулу, так что человек видит объект, образ или значение там, где его нет. Парейдолия — это форма апофении, более общего термина, обозначающего человеческую склонность искать закономерности в случайной информации.

Часто выдвигается гипотеза, что люди, которые более религиозны или верят в сверхъестественное, более склонны к парейдолии. Исследования показывают, что невротики и люди в плохом настроении чаще испытывают парейдолию. Причина этого, по-видимому, в том, что эти люди более восприимчивы к опасности, поэтому с большей вероятностью замечают то, чего нет. Женщины, по-видимому, более склонны к парейдолии. Это может быть связано с тем, что они обладают лучшей способностью распознавать эмоции посредством расшифровки выражений лица.

Когда-то парейдолия считалась симптомом психоза, но теперь рассматривается как нормальное явление у человека. Эволюционные психологи утверждают, что явление парейдолии было полезным для наших предков. Оно помогало им выживать.

Распространёнными примерами парейдолии являются восприятие образов животных, лиц или предметов в облаках, видение лиц в неодушевлённых предметах или некоторых объектах на Марсе. Понятие парейдолии может быть расширено и включать скрытые сообщения в записанной музыке, проигрываемой в обратном направлении или с нестандартной скоростью, а также слышимые голоса (в основном нечёткие) или музыку в случайных шумах, например, производимых буровой машиной.

Некоторые психологи полагаются на парейдолию в психологических исследованиях. Иногда психологи используют тест Роршаха для интерпретации предполагаемых скрытых эмоций человека. Тест включает в себя изображение, которое создается путём капания чернил на бумагу и складывания её пополам. Затем психолог просит пациента интерпретировать полученное изображение. Теоретически пациент проецирует свои самые сокровенные мысли на это случайное изображение. Однако этот метод терапии широко оспаривается психологами, поскольку не имеет под собой никакой фактической основы.

Володимир Єрмоленко: У темні часи важливо помічати красу

У темні часи важливо помічати красу. Бо краса є спалахом. Вона живе недовго. Вона смертна. Наш погляд подовжує її життя, трохи. 

Краса жовтого листя у жовтні. Краса облич твоїх дітей. Краса ранку, краса вечора. Краса рук, краса горизонту. Краса музики, краса тиші. 

Технологічні часи притупили відчуття краси. Мистецтво почало цінувати інші речі - інтелект, цікавість, суспільну значущість, провокацію. Це добре. Але. Але не зарахунок краси, будь ласка. 

Бо інтелект, суспільну значущість чи провокацію можна пояснити. А красу ні. Ти ніколи не можеш пояснити, що таке краса. 

Тому краса - один із найближчих синонімів буття. Бо ти не можеш пояснити, що таке буття. Буття - це те, що є. Краса - це те, що є. 

Ти не можеш знайти для неї основу. Не можеш додати до неї суфікса. Означника. Прикметника. Не можеш відповісти на слово «чому». Бо вона сама є основою. Вона є коренем. Вона є «тому, що». 

Мені подобається старий живопис. Моє улюблене - XVI століття, 1500-і. Були непрості часи, часи великого світоглядного конфлікту. І в ці непрості часи зʼявляється так багато великої краси. 

Наприклад, портретне мистецтво. Раптом Дюрер, Гольбейн, Тиціан, Бронзіно почали малювати портрети. Не ідеальні обличчя, а просто обличчя.  Портретами вони хотіли сказати просту річ: я більше не можу сконструювати вам красу. Я не можу вам намалювати ідеал. Бо мене затоплює краса, яка є. Я захлинаюся в ній. Я тону в ній. Мені бракує повітря. Ловіть її, поки я ще дихаю. Бо часи складні. Темні. Важливо не витрачати час дарма. 

Важливо ловити красу, поки ще дихаємо. Або не так - важливо, щоб краса ловила нас.

Щоб краса мене ловила - і нарешті спіймала. 

Хоча б ненадовго.

Teymur Daimi: Задача искусства - заставить созерцателя испытывать новые ощущения

Когда вас как творческого человека упрекают или критикуют за то, что вы в своей "свежей" работе ничего нового не сделали, то знайте, что вас принимают за дрессированного зверька в цирке, назначение которого - удивлять и развлекать. 

"Критики" часто забывают, что для каждого отдельного созерцателя (а именно для него делается искусство - не для всех, но для КАЖДОГО!) главное - это испытывать для него новые ощущения, а не отслеживать с линейкой и весами внешне якобы "новые" формы в произведении. 

С этой точки зрения, давно известные и не раз "пережёванные" в массс-медиа произведения древнего и средневекового искусства могут при повторном к ним обращении вдруг неожиданно потрясти человека совершенно иной и непредвиденной комбинацией внешних и внутренних форм.

Teymur Daimi: Искусство как "яд" и "лекарство"

Искусство - как визуальная антропологическая практика - зародилось в далёкой древности как фармакон. Оно может быть и "ядом", который привязывает человека к этому застывшему миру и заставляет вечно возвращаться в одно и то же (аутопоэзис унылой безысходности), а может оказаться "лекарством", с помощью которого можно осуществить (посредством акта трансцензуса) Великое Возвращение...

На сегодняшний день преобладает его (искусства) "ядовитая" ипостась, которая через однозначно понятую эстетику (как науку о прекрасном ("красивое", "гармоничное", "комфортное") усыпляет человека, превращая его в пассивное сомнамбулическое существо с пониженной субъектностью.

Михаил Эпштейн: ИИ и ЕИ: опыт практического сопоставления

ИИ и ЕИ: опыт практического сопоставления.

Вторая коллективная импровизация с участием искусственного интеллекта. 

Итоги нового эксперимента.

25 августа 2023 г. состоялся эксперимент по практическому сопоставлению искусственного и естественного интеллектов при ответе на ряд гуманитарных вопросов.  Он был проведен гораздо более строго, чем предыдущий ("Третий персонаж в басне Крылова "Стрекоза и муравей", ФБ, 15.6.2023). В эксперименте приняли участие десять человек — члены  философского семинара по теории сложности — и три большие языковые модели: Chat GPT4,  Claude  и Bard. Было предложено три вопроса, ответы на которые оценивались по четырем критериям. Затем участники эксперимента, включая трех представителей ИИ, дали оценку ответам всех других участников. Как сами ответы, так и их оценки были представлены анонимно с целью объективности.  В результате подсчета всех  оценок (по 10-балльной системе) три первых места заняли три представителя ИИ, со значительным отрывом от других участников. Кроме того, тестировался тезис, что ИИ все еще находится на стадии слабого, специального ИИ; результаты показывают, что рубеж, отделяющий его от сильного, или общего ИИ (Artifical General Intelligence, AGI), можно считать уже пройденным.  

Привожу свою презентацию на семинаре 1 сентября 2023. Тексты на слайдах:

Слайд 1. СЛАБЫЙ И СИЛЬНЫЙ ИИ.

Сильный, или Общий, Человекоподобный ИИ (Strong AI, AGI), способный решать широкий спектр интеллектуальных задач, как минимум, наравне с человеческим разумом.

Слабый/Специальный ИИ (Narrow AI, Weak AI), имитирующий человеческий разум в решении конкретных узкоспециальных задач.

Эксперты: общий ИИ еще не существует и потребуется еще по крайней мере 7-10 лет для его создания (Рэй Курцвайл, 2029).

Слайд 2. TORRANCE TESTS

«Искусственный интеллект (ИИ), а именно GPT-4, был признан соответствующим высшему 1% мыслителей-людей в стандартном тесте на креативность. ИИ-приложение ChatGPT превзошло по параметрам текучести (fluency) и оригинальности подавляющее большинство людей на Тестах творческого мышления Торранса((TTCT - Torrance Tests of Creative Thinking) , широко признанном инструменте для оценки креативности. ИИ может развивать творческие способности наравне с человеческими или даже превосходить их. Др. Эрик Гузик, ведущий исследователь, ожидает, что ИИ, станет ключевым инструментом для бизнес-инноваций и предпринимательства»."AI Outperforms Humans in Creativity Test." July 6, 2023. 

Слайд 3. ДВА ЭКСПЕРИМЕНТА

Для проверки того, насколько нынешние модели достигли уровня "общего ИИ", проведено два эксперимента.

1 эксперимент. Третий персонаж в басне Крылова "Стрекоза и Муравей" (ФБ, 15.6.23)

2 эксперимент. Три вопроса. Семинар по сложности. 25.8.23 Участникам было задано три вопроса, которые охватывают именно "общие" и наиболее "человеческие" области мышления: житейская мудрость, выраженная в пословицах; знакомая всем участникам философская область (теории хаоса и сложности) в применении к самому известному литературному персонажу; понимание нравственных понятий в их соотношениях.

Teymur Daimi: Чего жаждет сильное "произведение искусства"

Обычно считается, что сильное "произведение искусства" призвано доставить созерцающему человеку эстетическое наслаждение, побудить его задуматься о чём-то важном, передать ему новую информацию о чём-то и т. д.  

Всё это так. Но прежде всего сильное произведение посредством гипераффектов жаждет пробудить в человеке его вечного внутреннего "безумца". Того, кто не признаёт никаких правил социальной игры и физических законов этого мира. Точнее, кто сам ежемгновенно, играючи, придумывает и тут же на ходу меняет все правила и законы, пребывая в экстатичном состоянии творения "своих" "собственных" вселенных, которые населены всевозможными фантастическими, но главное - ЖИВЫМИ существами.

Иначе говоря, произведению скучны потребители искусства - зрители, слушатели, читатели. Оно страстно ищет со-творцов, которые стремятся превратить свои жизни в "произведение искусства", в вечно меняющийся Шедевр. 

Зачем музыка

По Шопенгауэру, интеллекту, который поверхностно отображает мира, зациклен на отношениях вещей и не проникает внутрь их,  противостоит музыка, которая является непосредственным отражением мировой воли, следовательно. сущности мира. На языке музыки, которому чужд разум, выражается глубочайшая мудрость.

[Пушкин В.Г. Сущность метафизики : от Фомы Аквинского через Гегеля и Ницше к Мартину Хайдеггеру. – СПб., Краснодар : Лань, 2003. – С. 23]

Розалинд Краусс: Скульптура в расширенном поле

Один из ключевых теоретических текстов, исследующих трансформацию скульптуры в эпоху постмодернизма. Автор – Розалинд Краусс, крупнейший историк и теоретик искусства современности, автор ряда монографий и многочисленных статей, посвященных искусству ХХ века. Что общего между древнеримским конным памятником и земляной насыпью посреди пустыни? Почему скульптура, потеряв свою важнейшую мемориальную функцию, по сей день остается ключевой формой художественной практики? Каким образом термин «скульптура» объединяет, начиная с 1960-х годов, такие разные практики, как лэнд-арт, инсталляцию и даже фотографию? «Скульптура в расширенном поле» – оригинальная и аргументированная попытка переосмысления художественных практик постмодернизма. Must read для всех, кто хочет глубже изучить концептуальные истоки современной скульптуры.  Эссе являются частью одного из главных трудов Краусс, книги «Подлинность авангарда и другие модернистские мифы» (1985). 

Эссе:

В середине поля различима небольшая возвышенность, неровность поверхности: только это и выдает присутствие здесь произведения искусства. Подойдя ближе, мы замечаем большую четырехугольную яму с торчащей из нее лестницей, по которой можно спуститься вниз. Таким образом, работа находится ниже уровня земли: это — то ли подземелье, то ли тоннель, гра-ница между внутренним и внешним, хрупкая деревянная конструкция. Созданная в 1978 году работа Мэри Мисс «Периметры/ Павильоны/ Ловушки», безусловно, являет собой пример скульптуры, а вернее, «работы с почвой» («earthwork»).

В последние десятилетия понятие скульптура применялось к самым неожиданным вещам: к узким коридорам с телевизионными мониторами в конце; к огромным фотографиям с видами горных пейзажей; к зеркалам, причудливо расставленным в самых обычных комнатах; к рельефным поло-сам, насекающим почву пустыни. Достаточно представить себе все это многообразие примеров того, что стало принято называть скульптурой, как смысловые границы этого понятия начинают стираться. Если только предположить, что в само это понятие не было заложено свойство безграничной изменчивости.

Новое и Сверхъестественное Искусство

  Действительность настоящего состоит в том, что личные чувства, основанные на отношениях,  личной борьбе и/или страданиях отдельных лиц, описывались артистическими средствами в прошлых двух тысячелетиях или около этого. В течение столетий создавались работы из-за личной любви и личных отношений, проблем обычной жизни и общества - в литературе, музыке, драме и так далее. Все, что нужно было сказать, написать и выразить в таких вещах - сказано, написано и выражено многими великими художниками прошлых двух тысячелетий.

Что сейчас необходимо, это построить на этом основании, чтобы повернуться вовне от внутреннего мира личной души и мира обыденного общества. Необходимо описать и выразить то, что подходит к следующей стадии нашего развития, как человеческих существ. Эта следующая стадия - стадия новых приключений, новых миров, новых образов жизни, принесенных через борьбу за сверхъестественную и таким образом надличностную цель.

Личная жизнь должна теперь заботиться о себе сама, если есть сверхъестественная цель к которой следует стремиться. Короче говоря, великое Искусство прошлого позволило нам достигнуть понимания самих себя, это привело нас к индивидуализации, к мудрости подлинного Адептства, основанного на примирении противоположностей. Мы обнаружили и изучили, как познать себя и обрести единство, цельность, которые находится вне Тени и вне Личности. Мы узнали, кто мы такие и кем можем быть -  Разрушителем и Творцом, Люцифером и Богом, поскольку мы изучили естественную необходимость этих сил созидания и разрушения, и как возрождение и перерождение произрастают из них. Сейчас мы нуждаемся в этом и должны идти еще дальше, ибо что-то другое нездорово и является пустой тратой жизни. Также это означает отрицание работы тех великих художников, которые позволили нам это понимание.

Экология зрительного восприятия

 
С точки зрения "экологии зрительного восприятия" на правой стороне картины находится "дом", на левой - "чужой регион". Это знают все художники и все кинематографисты. Поэтому враги в кино наступают всегда слева (см. "Утро на поле Куликовом" Бубнова и "Александр Невский" Эйзенштейна). А если "наши" находятся слава, а враги наступают справа, то картина тревожит "неправильностью" на уровне подсознания (см. "Оборону Севастополя" Дейнеки).

Создание первобытного искусства связали со слуховыми иллюзиями

Американский ученый Стивен Уоллер (Dr. Steven J. Waller), автор доклада, который был зачитан 27 октября на 168-м конгрессе Американского акустического общества, пришел к выводу, что странное поведение звуковых волн, которое первобытные люди воспринимали как сверхъестественные явления, могло стать причиной создания древнейших произведений искусства — наскальной живописи в пещерах, петроглифов в каньонах и подобных Стоунхенджу мегалитов. «… Древние мифы объясняли эхо, доносившееся из пещер, как ответы духов на слова людей. Возможно, наши предки создавали наскальные рисунки в ответ на эхо, веря, что пещеры и каньоны населяют сверхъестественные существа», – рассказал С. Уоллер.

Отражающиеся от поверхности звуковые волны создают иллюзию, будто кто-то отвечает человеку из-под толщи камня. Эхо хлопков в ладоши звучит как стук копыт, отмечает С. Уоллер, отчего древние люди могли воспринимать шум из глубин пещеры как движение стада копытных. «… Во многих культурах древности гром воспринимался как топот копыт богов, так что вполне возможно, что изображения тех же существ наносили на стены пещер. Эту гипотезу подтверждают данные акустических измерений: наскальную живопись чаще всего находят в зонах самого сильного эха», – заявил ученый. Характерный рисунок интерференции звуковых волн от двух флейт создает иллюзию звуковых «теней», падающих от гигантских камней. Такой же странный звук возникает, если играть на флейте в центре Стоунхенджа, выяснил С. Уоллер. Ученый напомнил, что многие мегалиты в Великобритании получили прозвища «Камней дудочников»: по легенде, древние волшебники своей игрой на флейте заставили девственниц танцевать в круге и превратили их в камень.

Наконец, С. Уоллер подчеркнул, что уникальный звуковой ландшафт памятников доисторической эпохи не менее важен, чем их внешний облик, и требует серьезных усилий по его консервации.

Музыка как единство временного и вечного

"...  в музыке ... нам открывается сверхвременное созерцание временной последовательности. Понимает симфонию и воспринимает полноту ее музыкального откровения лишь тот, кто слышит всю последовательность ее аккордов как единый, целостный и законченный временный ряд. — В той творческой интуиции, которая создала знаменитую девятую симфонию, Бетховен, без сомнения, созерцал во единый миг мучительную тревогу, безграничную скорбь трех первых ее частей и светлый, радостный подъем ее заключительного хора. Вся ценность и вся красота этого финала обусловливается тем, что он представляет собою разрешение пережитой художником и его слушателем мировой драмы: именно отсюда проистекает властная, захватывающая сила этого победного гимна. — В каждом его аккорде чувствуется победа над предшествующим страданием: также и всякий аккорд начала и середины симфонии полон предчувствием этого светлого конца. — Звуки сменяются, но не исчезают: они протекают, но вместе с тем пребывают; они как будто вытесняют друг друга, но вместе с тем образуют целое. Тайна музыкального откровения заключается в том, что здесь самое страдание обвеяно вечным покоем: движение не упразднено, смятение и буря не уничтожены, но слушатель обретает в этих звуках тот всеобъемлющий покой, который не уносится движением, а завершает его собою и включает его в себя. — Вечный покой, как вечная правда мирового движения, — вот то откровение, которое было явлено человечеству в девятой симфонии Бетховена и не в ней одной: ибо тот же синтез временного и вечного представляет собою общий источник всех вообще высших вдохновений художественного творчества"

(Трубецкой. Е. Смысл жизни: София // http://azbyka.ru/vera_i_neverie/o_smysle_zhizni/Trubetskoi_Smysl_zhizni-3g-all.shtml).

Идеал архитектуры и Традиция

Традиция проявляется во всём, ибо всё есть модусы существования абсолюта, ибо «Азм есть сущее». Очень сильно Традиция выражает себя в подлинном, настоящем искусстве. Для того, что рассмотреть это проявление Традиции мы возьмём архитектуру.

Человек имеет чувство прекрасного, и ему свойственно чувствовать то, что подлинно выражает красоту. Именно поэтому классическая архитектура Греции считается образцовой и наиболее идеальной. Греческие здания всегда завораживали человечество и греческая архитектура лежит в основе архитектур многих других народов. К сожалению нам неизвестны не имена греческих архитекторов, ни их труды, как и римских, которые прямо продолжили традиции греков.

Новый виток интереса к греческой архитектуре произошёл в эпоху Возрождения, и оказал огромное влияние на всю европейскую и русскую архитектуру на несколько столетий вперёд, вылившись в итоге, в создание классицизма. Уже в эпоху Возрождения архитекторы, и прежде всего Палладио пытались разгадать то, что заставляет людей проникаться греческими формами, пытались найти секрет этой подлинной красоты.

К началу 20 века архитектура стала вырождаться, и прежде всего в форме буржуазного модерна, который затем вырастет в современную модернистскую архитектуру. Однако в Советском Союзе с начала 30ых произошло новое рождение классицизма, и связанно это возрождение прежде всего с именем Ивана Жолтовского, убеждённого последователя Палладио и противника современной архитектуры.

Назип Хамитов и Вселена Крылова: О влиянии кино и телевидения на природу человека

О метафизическом страхе и истинном истоке силы

Больше всего в людях меня привлекает наличие страха - не физического (омон, побои, тюрьма, боль, лишения, бедность, болезни и тд), а метафизического - бесполезно объяснять, что это, когда не испытал это - это, когда по твою душу "пришли", а не по твое тело -

я таких людей не знаю и никогда не встречала, ну, кроме себя самой -
именно по этой причине у меня ВООБЩЕ нет друзей, но есть очень много знакомых - я легко иду на контакт и часто кажется, что я "дружу", но я не "дружу" -
мне предсказуемо скучно с людьми, трясущимися за свой маленький ухоженный мирок - ну, честно - мне скучно -

кстати, большинство художников, нет, даже не большинство а ВСЕ почти, заняты в искусстве симуляцией силы, я говорю про тех, кто владеет академическим рисунком и может изобразить "сильное тело"-- но имитация силы - это еще не она сама, понимаете? -

потому у настоящей силы - исток не в физике, а в метафизике - и игры с ней - они действительно опасны и -

О понимании искусства

‎"Никакое истолкование не способствует лучшему восприятию искусства. Человек либо видит интуитивно то, что надо, либо не видит. Это я и называю пониманием искусства"

(Дитрих Бонхёффер. Взято из: Эрик Метаксас. Дитрих Бонхёффер. Праведник мира против третьего рейха. Пастор, мученик, пророк, заговорщик. М.: Эксмо, 2012. - С. 71)