Роберт Антон Уилсон: Магическое либо шаманское состояние транса — это возвращение к груди вселенской матери

Роберт Антон Уилсон «Иштар Восставшая» 

"... Когда антрополог Уэстон Ла Барр сказал: «Матери рождают магов, отцов, богов», он имел в виду, что магическое либо шаманское состояние транса — это возвращение к груди вселенской матери, в то время как религия направлена на умиротворение пугающего мужского божества, который является колоссально расширенным образом карающего отца. Границы здесь не всегда можно четко провести — тантра существует вообще в рамках патристского индуизма, а суфийская сексуальная магия — в рамках мусульманской веры в Аллаха. На Западе патриархальность приобрела самые экстремальные формы: никаких соперников у Иеговы в ближайшее время не предвидится, кроме, разве что, равной ему богини; поэтому магико-матриархальные культы практикуют почти подпольно, маскируясь под псевдонауки вроде алхимии, либо выражая свои идеи в поэзии. Но даже в таком скрытом виде религия всегда видела в поэзии своего соперника, считая ее в каком-то смысле «странной». Так происходило во всех анальных культурах: власть поэзию либо сознательно игнорировала либо пыталась подчинить своим интересам. (Если соперник любезно соглашался умереть молодым, то получал в таком случае прощение и становился мучеником, как случилось с Диланом Томасом, или кем-то вроде светского Христа). Как пишет Роберт Грейвс в Белой Богине, подобное предубеждение против поэзии в Англии было столь сильно, что поэты, когда их заставляли определить свой род деятельности (в суде или правительстве), вынуждены были называть себя «преподавателями», «романистами», «историками» и вообще кем угодно, кем они были кроме, собственно, поэтов.

В Маммоне и Черной Богине Грейвс замечательно обобщает смысл отношений между поэзией и древними матриархальными культами:

Деятельность поэта, в целом, более интуитивна, нежели интеллектуальна; но суждения его всегда ясны и последовательны. Симптомы транса, во время которого рождается поэтическое произведение, на порядок отличаются от тех, что вызваны медиумическим трансом, хотя оба этих пути и кажутся ведущими к раскрытию внутренней духовной силы. В поэтическом трансе, который предсказуем не более мигрени или приступа эпилепсии, эта сила традиционно олицетворяется древними богинями-Музами…

Почти у каждого поэта есть своя Муза, идея же эта была заимствована в раннем европейском средневековье из суфийских источников в Персии и Арабском Востоке.

Поэзия и магия базируются на вере в то, что мысль, идея способна создавать свою собственную реальность — сэр Джеймс Фрэзер в Золотой ветви назвал эту теорию «всемогуществом мысли». Фрейд, в комментариях к антропологическим изысканиям Фрэзера в Тотеме и Табу доводит эту цепочку до власти ребенка, громкими криками выражающим свое желание, чтобы заставить исчезнувшую мать таинственно появиться в очередной раз и предложить изобильную грудь. Не случайно во многих поэмах, начиная от Одиссеи и до Поминок по Финнегану Джойса, содержатся магические «заклинания», призывающие богиню возникнуть вновь.

Андрій Поцелуйко: Контемплятивно-трансформаційні традиції

 Коли розглядати такі різні духовні традиції, як йога, буддизм, ісихазм, шаманізм, суфізм і даосизм, перше враження майже неминуче пов’язане з їхньою несумісністю: вони виникли у віддалених регіонах світу, сформувалися в різних історичних умовах і спираються на несхожі уявлення про Бога, людину й космос. Індійські системи, як-от Йога та Буддизм, пропонують цілісні психофізичні дисципліни, що ведуть до звільнення від страждання або ілюзій; християнський Ісихазм укорінений у богослов’ї особистісного Бога і прагненні до обоження; архаїчний Шаманізм пов’язаний із взаємодією з духами і космічними силами; ісламський Суфізм прагне любовного єднання з Божественним; китайський Даосизм орієнтується на гармонію з Дао як безособовим принципом світу. Проте, якщо відкласти поверхневі розбіжності й уважно придивитися до внутрішньої логіки цих практик, стає очевидним, що всі вони, попри різні мови опису, торкаються однієї й тієї ж глибинної проблеми — обмеженості звичайного людського досвіду і можливості його радикального перетворення.

У центрі кожної з цих традицій перебуває переконання, що повсякденний стан свідомості не є остаточним або істинним. Людина живе ніби в напівпрозорій оболонці звичок, страхів, автоматичних реакцій і помилкових уявлень про себе. У йозі це описується як коливання розуму, що затуляють чисту свідомість; у буддизмі — як невігластво, яке породжує коло страждання; в ісихазмі — як розсіяність і «затьмареність серця»; у суфізмі — як забуття Бога; у даосизмі — як відрив від природного шляху Дао; у шаманізмі — як втрата зв’язку з глибинними шарами реальності. Усі ці підходи, попри різні пояснення, сходяться в одному: людина не бачить світ таким, яким він є, і водночас має потенціал це змінити.

Цей потенціал розкривається не через абстрактні міркування, а через практику, яка майже завжди включає дисципліну тіла, уваги і дихання. Йогічні асани і пранаяма, буддійські техніки медитації, ісихастська Ісусова молитва, що синхронізується з ритмом дихання, суфійські зікри з повторенням імен Бога, даоські практики внутрішньої алхімії та споглядання, шаманські ритуали з барабанним ритмом і танцем — усе це, на перший погляд, виглядає як різнорідний набір дій, але на глибинному рівні виконує одну функцію: змінює структуру уваги і виводить людину за межі автоматичного сприйняття. Ритм, повторення, концентрація, контроль або, навпаки, відпускання — це універсальні інструменти, за допомогою яких свідомість поступово переходить у якісно інший стан.

У цих змінених станах досвіду відкривається те, що важко передати звичайною мовою. У йозі та буддизмі це може бути досвід глибокої тиші або «порожнечі», яка, однак, не є відсутністю, а радше чистою відкритістю; в ісихазмі — переживання божественного світла або внутрішнього миру; у суфізмі — екстатична любов і розчинення в Бозі; у даосизмі — відчуття природної спонтанності і єдності з потоком Дао; у шаманізмі — подорож у світи духів, що сприймаються як не менш реальні, ніж фізичний світ. Незважаючи на різні символи і тлумачення, ці стани мають спільну рису: вони руйнують звичну межу між суб’єктом і об’єктом, між «я» і світом.

Саме тут постає ще одна фундаментальна спільність — переосмислення або навіть розчинення того, що зазвичай називають «я». У буддизмі ця ідея формулюється найбільш радикально як відсутність сталого «я»; у йозі — як необхідність відокремити чисту свідомість від его; в ісихазмі і суфізмі — як смиренне самозречення, в якому людська воля поступається божественній; у даосизмі — як відмова від штучної індивідуальності на користь природності; у шаманізмі — як здатність виходити за межі звичайної особистості й діяти від імені інших сил. Хоча інтерпретації різні — від повної «порожнечі» до єднання з персональним Богом — усі вони підважують інтуїтивну впевненість у тому, що звичне его є остаточною сутністю людини.

Водночас ці традиції не можна звести до спільного знаменника без втрати їхньої унікальності. Для ісихазму і суфізму центральним є живий зв’язок із Богом, який має особистісний вимір і моральну глибину, тоді як буддизм у своїх класичних формах не потребує ідеї творця, а даосизм говорить радше про безіменний принцип, ніж про особу. Йога балансує між філософією і практикою, інколи включаючи теїстичні елементи, а інколи — ні. Шаманізм узагалі не прагне універсальної метафізики, зосереджуючись на конкретних взаємодіях із силами природи і спільноти. Але саме ця різноманітність підкреслює парадокс: різні культури, не маючи прямого контакту одна з одною, знову і знову відкривають схожі способи роботи зі свідомістю, ніби наштовхуючись на ті самі внутрішні механізми людського досвіду.

Можливо, найглибше, що їх об’єднує, — це розуміння того, що істина не зводиться до набору тверджень, а потребує переживання. Усі ці традиції, кожна по-своєму, стверджують: знання, яке не змінює спосіб буття людини, залишається поверхневим. Тому вони створюють складні системи практик, символів і дисциплін, які мають не просто навчити, а трансформувати. У цьому сенсі йога, буддизм, ісихазм, шаманізм, суфізм і даосизм можна розглядати як різні мови опису одного й того ж пошуку — пошуку виходу за межі обмеженого досвіду до більш глибокої, цілісної і, в певному сенсі, більш реальної форми існування, яку кожна традиція називає по-своєму, але яку всі вони вважають доступною людині, що готова змінитися.

Томас Коуэн: Сказка «Волшебник страны ОЗ» есть одной из величайших шаманских историй в современной литературе

Из интервью шамана Тома Коуэна, автора книги "Огонь в голове: шаманизм и кельтский дух":

— В книге «Огонь в голове» Вы называете сказку «Волшебник страны ОЗ» одной из величайших шаманских историй в современной литературе.

— В этой истории есть все компоненты шаманского путешествия. Дороти взмывает в небо вместе со своей маленькой собачкой, своим животным, обладающим силой. Там она сразу же встречает трех духов-помощников — Жестянщика, Льва и Страшилу, которые помогают ей разобраться в разнообразных силах и требованиях странного мира страны ОЗ, которые она должна изучить, чтобы вернуться домой. Эта история — прекрасный пример путешествия по Верхнему миру. Она о том, как обрести мудрость. Именно это и пытается сделать шаман.

— История о стране ОЗ даже кажется специфически кельтской по своей природе. Манчкины, добрая ведьма Глинда с ее крыльями и палочкой - все это очень похоже на мир фейри, который описывается в космологии кельтского шаманизма (русскоязычным читателям манчкины более известны как жевуны, а Глинда как Стелла в пересказе Волкова «Волшебник Изумрудного города» — прим.]. На своих семинарах вы работаете с царством фейри. Что такое фейри и как они вписываются в духовную картину кельтов?

— У кельтов нет единого мнения о сущности фейри. Если обратиться к таким книгам, как "Энциклопедия фейри" или "Словарь фейри", то всегда можно обнаружить десятки различных их названий и описаний, того, что они делают и откуда они берутся. Даже в Ирландии рассказы в одной деревни, кто такие фейри отличаются от рассказов другой в пяти милях дальше по дороге. Но, по сути, фейри — это духи, живущие в природе. В отличие от ангелов, которые приходят из другого мира, фейри являются частью Земли, частью этого творения. Они находятся в этом мире, вовлечены в него. Есть фейри, которые занимаются поддержанием природы, например, фейри, которые выращивают траву, цветы, деревья и т. д. 

Есть также фейри, связанные с предками. В некоторых кельтских странах существует поверье, что после смерти человек попадает к фейри и живет с ними. Иногда даже становится им. Существует также поверье, что фейри — это старые боги — древние сверхъестественные существа, которые появились здесь еще до появления людей. Согласно старым ирландским мифам с появлением людей боги почувствовали, что их время вышло и пришло время людей в видимом мире. Поэтому они ушли в невидимый мир — в деревья, в лес, в холмы - и стали менее могущественными. Но они все еще там, все еще активны, и шаман знает это. Шаманы всех культур знают, что эти духи по-прежнему рядом, и могут помогать или мешать нам, в зависимости от наших отношений с ними. Можно привести множество примеров, когда человек - не только шаман, но и, скажем, фермер - знает, что на его земле живут фейри. Они охраняют его землю, помогают собирать урожай, обеспечивают изобилие. Если он их обижает, они могут ему напакостить.

— В кельтской традиции, когда вы отправляетесь в шаманское путешествие, обращаетесь ли вы за помощью к фейри-проводникам, как в других культурах обращаются за помощью к духам?

— Фейри, как правило, не то же самое, что духи-проводники. Духи, с которыми я обычно работаю в своих путешествиях, — это мои животные силы или предки. Фейри, как правило, слишком независимы для этого. С ними нужно познакомиться, получить приглашение, увидеть их и пообщаться. На семинарах я никогда не приглашаю людей совершить путешествие в мир фейри по нескольким причинам. Во-первых, вас должны пригласить. Почти везде есть обычай, что нельзя просто так врываться в чужой дом. Кроме того, есть опасение, что некоторые люди не вернутся — а если и вернутся, то только через триста лет.

— Так как же происходит приглашение в мир фейри?

— Более распространено представление, что люди попадают в мир фейри случайно или их заманивает туда привлекательная фейри. Менее известное поверье гласит, что вы в действительности не попадаете в их мир, а просто становитесь фейри.

— «Становитесь фейри»?

— Согласно христианской традиции, ангелы были созданы для того, чтобы восхвалять и прославлять силу и красоту Бога на небесах. Одна из теорий о фейри гласит, что они были созданы чтобы делать это на Земле — праздновать и восхвалять доброту, любовь и тоску по Богу в природе. Поэтому если вы можете изменить форму своей души настолько, чтобы стать добрым, любящим и тоскующим по Богу в природе, скажем, водопадом, деревом или камнем, покрытым мхом, то фейри видят в вас то, что они должны восхвалять и прославлять. Изменение сознания — это то, с чем мы постоянно работаем на шаманских семинарах. Если вы сможете изменить свое сознание и стать сознанием мира природы, то фейри дадут о себе знать.

— Это будет физическое зрение или скорее интуитивное, например, третьим глазом?

— Обычно вы видите их третьим глазом, или «вторым зрением», как это называется в кельтских традициях. Вы чувствуете их, получаете небольшие проблески. Но есть и множество примеров, когда люди видят их физически. Это не всегда похоже на видение физического тела - в основном люди видят свет или движение, но иногда они видят то, что похоже на физические формы.

Из книги: Вебб Хиллари С. Путешествие между мирами: беседы с современными шаманами. - Издатель Базенков И.Л., 2023. - 240 с.

Кокопелли

Кокопелли  - необычное создание, появившееся более 3000 лет назад на юго-западной территории, которую в настоящее время занимают США. 

Он почитается многими коренными американскими племенами. Большинство изображений этого загадочного человечка встречается в Мексике и на западе Калифорнии.

"Koko" с языка древних индейцев означает "лес", а «pelau» - “горб”. 

Существует множество легенд о Кокопелли, которые и по сей день передаются из поколения в поколение. 

Появление Кокопелли означает смену времени года - приход весны, когда все вокруг расцветает и оживает после зимних холодов. Те, кто считали Кокопелли божеством богатства и плодородия, верили в то, что услышав звуки его флейты, их поля будут полны урожая, будто горб Кокопелли наполнен семенами всех растений мира. 

Судя по огромному количеству древних артефактов, ясно, что Кокопелли был важен для многих индейских племен. Он особенно известен в древней культуре Анасази в районе «Четырех углов» (Колорадо, Аризона, Нью-Мексико и Юта). Некоторые сравнивают его значение для юго-западных индейцев с важностью Авраама для евреев и Павла для христиан.

 Кокопелли, известен как бог плодородия, шутник, целитель и рассказчик историй. На протяжении веков он был источником чудес по всему континенту. Кокопелли олицетворяет истинный юго-запад Америки, и первые петроглифы с его изображением были вырезаны более 3000 лет назад. Первые его изображения известны на гончарных изделиях Хохокамов, датируемые между 750 и 850 годами до н. э. 

Хотя его истинное происхождение неизвестно, этот странствующий играющий на флейте человечек  является священной фигурой для многих коренных американцев Юго-Запада. Резные фигурки этого согнутого флейтиста, были найдены раскрашенными и вырезанными на каменных стенах и валунах по всему Юго-Западу Америки.

Кокопелли часто изображается с огромным фаллосом. В мифологии Хо-Чунк его пенис отцепляется и иногда уплывает по реке с целью вступления в сексуальные контакты с девушками, которые в ней купаются. В мифологии Хопи  Кокопелли на своей спине разносит женщинам еще не рождённых детей (из-за чего молодые девушки его боятся). 

Он часто принимает участие в ритуалах бракосочетания "Кокопелли-мана" и изображается народами хопи вместе с супругой.

Владимир Видеманн: Наступают последние времена пробуждающихся агентов духа - космических шаманов-индивидуалистов

Призрак бродит по планете, призрак шаманизма... 

Все силы старого мира объединились для священной травли этого призрака: патриарх и президент, МВФ и ВОЗ, международные банкиры и китайские коммунисты... Ведь все политические партии, вне зависимости от их названий и идеологий, деградировали в сборища алчущих власти бюрократов.

Вместе с квантовым переходом наступают последние времена пробуждающихся агентов духа - шаманов-индивидуалистов как неделимых (лат. individuum) космических сущностей.

Космические шаманы отличаются от природных так же, как Будда - от неандертальца.

Природный шаман апеллирует к духам кормящего ландшафта, активируя в себе предковую наследственность палеоантропа.

Космический шаман выступает апологетом глобальной религии (лат. religare — «связывать, соединять») как практики воссоединения всех душ в субъектности универсального духа, присущего исключительно неоантропу.

30 СОВЕТОВ ШАМАНА О ЗНАКАХ, КОТОРЫЕ НУЖНО ЗАМЕЧАТЬ

1. Когда идете по улице и видите перо, лежащее на земле, подберите его и принесите домой, можете поставить в вазочку, повесить или даже просто положить на полочку. Это мощный оберег, дарованный Вам небом. Замечайте такие знаки Духов.
2. Собирайте камни с рек. Они обладают большой силой и энергией.
3. Всеми силами пытайтесь помогать другим. Если не можете доставить радость, то хотя бы не вредите.
4. Трудности… формальность! Серьезные трудности – это серьезно, но формально! Есть небо, оно иногда за тучами, но стоит приложить усилия (сесть на самолёт, к примеру) и над этими тучами вы увидите всё то же голубое небо. Мира всем!
5. Чтобы приблизиться к мечте, порой достаточно сделать хотя бы один шаг. Не бойтесь трудностей, они всегда есть и будут. Белой дороги вам всем во всех ваших начинаниях!
6. Первоочередным вашим нравственным принципом должен быть отказ от причинения вреда кому бы то ни было. Этот принцип в вашей жизни должен быть очень твердым: «Я никому никогда не стану причинять вред». Подумайте…
7. Когда вы станете источником счастья живых существ, вы сами станете самыми счастливыми. А если вы стали источником страдания других, вы первый станете несчастным. Подумайте…
8. Хотя бы час в день уделяйте тишине… Она вам нужна так же, как и общение.
9. Умение любить — это самое высшее умение, что есть на земле. Умейте любить всех, даже ваших врагов!

Кто такой шаман?

Кто такой шаман?

Ответам на этот вопрос были посвящены десятки работ известных этнографов. Однако, несмотря на значительную степень изученности явления тувинского шаманства, исследователи так и не внесли ясности в определении шаманства вообще и тувинского в частности. В 1900 году Е. К.Яковлев видел шамана как совершителя всякого, домашнего, общественного и родового моления, обращенного, по преимуществу, к злым духам.

Традиционно для русской и советской этнографии важнейшим является вопрос о происхождении шамана, обязательном наследовании своих качеств от шаманов-предков. "Становление шаманов как избранников духов широко известно и описано у тюркских (да и не только тюркских) народов Сибири..." - отмечает Л.П.Потапов. В большинстве случаев это действительно так, но у тувинцев существовали и другие категории шаманов, имевшие, по народным повериям, иное происхождение. Так, выделяются:

1.шаманы, ведущие свое происхождение от шаманов-предков;
2.шаманы, ведущие свое происхождение от духов земли и воды;
З.шаманы, ведущие свое происхождение от неба;
4.шаманы, ведущие свое происхождение от злых духов "албыс";
5.шаманы, ведущие свое происхождение от злых духов "аза".

В зависимости от принадлежности к той или иной категории шамана определялось его место в шаманской иерархии и ему приписывались различные возможности воздействия на людей, обращавшихся к нему за помощью по тому или иному поводу.

Екатерина Морозова: О ритме в японской культуре

Ритм изначально был сильнейшим орудием древней магии.

Так например, в одной из известных легенд, посвященной богине Удзумэ, ритм выполнял ключевую роль. Благодаря безудержному танцу под ритмичные удары ногой в медный чан, богиня Удзумэ впала в экстаз, чем вызвала всеобщее веселье и шум у собравшихся богов. Услышав неистовый шум, богиня Солнца - Аматэрасу (в тот момент скрывшаяся в Небесном Гроте и погрузившая мир во мрак), сгорая от любопытства выглянула из грота, и так мир был спасен от вечной темноты и холода. 

По мнению Дзэами, пляска Удзумэ стала как началом театрального искусства в Японии, так и одним из основных источников создания самого театра Но.

В периоды зарождения и развития ранних ритуально-театральных действ (кагура, дэнгаку, эннэн-но) участники представлений считали, что удары ногой в пол или притоптывания (движение, широко употребляемое в театре Но) символизировали удары мотыгой о землю, успокаивающие, по поверьям, дух поля. 

Поэтому можно считать, что сакральное значение ритма было осознано уже в начальные периоды развития японской театральной традиции.

 

 

 

 

 

 

Тарас Журба: Про одержание духами и рождение Бога

(с) Lena Hades

Каждый человек одержим несколькими духами, которые выдают свои мысли за его собственные. Даже самые святые люди живут с внутренней обезьяной, которая выворачивает все с точностью до наоборот. Свобода - в способности не увлекаться мыслями. Современная массовая культура является проводящим устройством бесовселения. Фильмы "Чужие", "Матрица" и подавляющее большинство других обеспечивают укоренение инородного волевого устройства в теле человека. Это "духи злобы поднебесные", по словам Апостола Павла , воевать с которыми и есть подлинный смысл обретения Царства Божия, не спят не едят, но заставляют пожирать свою собственную жизнь каждого человека, погружая его в сон, забвение постановки вопросов "Кто Я,"Зачем мне все это?".

    Шаманы, солидарныt Иисусу, и понимают, что искушения даются людям для развития их собственных сил, для развития их самостоятельности. Чем сильнее человек, тем более сильные искушения его одолевают. Чем больше человек любит тотальную свободу "каждого для каждого", тем менее его могут искусить. Духи не успевают вырвать из рук стрелу его мыслей и поступков. Чем более человек в унынии и "расслабленности", тем сильнее тьма на его плечах.

Заяны - ниспосылатели судьбы

1-5 Небо. Это миры духов, называемых Заянами (от «заяа» – добрая доля) – ниспосылателями судьбы. Их возглавляют Сайхусы – Силы – охранители сторон света. Великие шаманские божества почитаются и многими другими религиями. В тибетском буддизме их называют докшинами – грозными охранителями учения. Для христиан таковыми являются ангелы.

Духи этих небес находятся в наитеснейшем контакте с миром людей и другими мирами вселенной (полубогов, демонов, животных, и адских мучеников). Сознание этих существ не обременено косностью и стереотипами. Они способны с легкостью управлять своими эмоциями, демонстрируя противоположные чувства к одному и тому же объекту. Переполняясь радостью, они воспринимают каждое мгновение жизни как увлекательную игру.

Заяны способны воздействовать на ум человека, внушая ему правильный для его жизненной ситуации ход мыслей, и защищать от производимого демонами гипноза. «Ангел пролетел» – так говорят часто, когда такой дух приходит, накрывает своим энергополем присутствующих людей, и прекращает возбуждаемый нечистыми духами бессмысленный разговор или скандал. Способность воздействия их на души людей очень велика. Они вполне в силах возбудить или прекратить в человеке сильное устойчивое желание чего-то. 

Н. А. Алексеев: Якутская мифология и шаманы

Миф. Это слово, вкладывая в него различное значение, используют ученые многих специальностей — фольклористы, этнографы, историки, философы и т.п., а также политики разных времен. Общее, пожалуй, в этих определениях то, что миф символизирует вымысел, ошибочное объяснение. Для тех, кто создал миф, он является истиной, частью знаний об окружающем человека мире, о жизни человеческих общностей различных уровней. Так, миф о первопредках, о знаменитых героях и др. были для каждого этноса частью исторических преданий и рассказов. Именно поэтому практически ни у одного народа нет слова, которое бы означало миф. Для фольклористов и этнографов миф — это особый жанр устного творчества, произведение, чаще всего прозаическое, дающее религиозное или иррациональное (верное, но пока недоступное разуму), объяснение явлениям природы и жизни человека. Совокупность таких произведений мы называем мифологаей. На первый взгляд мифология — это едииая, взаимосвязанная, самостоятельная система произведений устного народного творчества. На самом же деле данная система есть продукт творчества составителя сборника мифов, результат подбора текстов по сложившемуся трафаретному определению мифа.