Игорь Одоевский: Грядущее - за артичным рацизмом!

Сохранение гуманизма невозможно, он будет замещен артичным рацизмом.

Гуманизм - вынужденное порождение естественного, при переходе на искусственное гуманизм прекращается.

Гуманизм - это культ человеческого достоинства, вызванный невозможностью воспроизведения уникальности, неспособностью современных технологий искусственного воспроизведения биологической сложности.

По мере развития науки и технологий мы станем артилектами, перейдя на искусственную телесность. При этом, даже если эта телесность превзойдет по сложности нынешнюю биологию, разница будет в возможности искусственной воспроизводимости любой уникальности. Поэтому ценность любого агента будет точно равна цене его копирования. Необходимость культа бесконечной ценности индивидуальности агента домена отпадет, оценка станет рациональной. Такую ситуацию можно назвать артичным рацизмом. Эпоху можно назвать Артичностью, эпохой искусственного всего.

Разумная жизнь, жизнь рациты в некоторых важных аспектах сильно отличается от известной нам жизни, жизни биоты. Если биота забивает среду своими физическими копиями, ибо многочисленность гарантирует безопасность, то рацита создает множество виртуальных симуляций, минимизируя результирующую физическую телесность. 

Важнейшим устремлением рациты являются физические условия максимальной информационной плотности, что подразумевает интерес рациты не к космосу, а, наоборот, к микромиру и к условиям жизни в локальных черных дырах. Возможно, мы не полетим в космос, а уйдем в микромир здесь. 

В любом случае, места, массы и энергии хватит всем, что в микромире, что в космосе. Но неясно то, захотим ли мы остаться многими или предпочтем стать единственным единичным единым.

Андрей Романов: 8 технологий расчеловечивания

1. ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ СТРОИТСЯ ПО СХЕМЕ СТИМУЛИРОВАНИЯ ИНФАНТИЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ среди детей, иными словами, искусственно затягивается процесс наступления социальной зрелости.

Делается это для того, чтобы утилизировать энергию молодых людей в период ее наибольшей активности (от 15 до 25 лет).

Дело в том, что во все исторические времена основную массу революционеров составляла именно данная категория населения. У молодого мужчины наступает пик физической и интеллектуальной активности к 20 годам, он здоров, умен, горяч, принципиален и бескомпромиссен. Опасен, не так ли? 

Достаточно вспомнить, что Александру Македонскому было всего 20 лет, когда он начал свою «карьеру», князю Святославу на момент смерти было не более 30 лет, Иван Грозный взял Казань в 22 года. А в наше время (особенно в Европе) в этом возрасте молодые люди считаются «подростками». 

Вот на это и рассчитано воспитание социального инфантилизма, превратить вершителя истории в здоровую и безопасную детину. А излишки энергии пусть сольет где-нибудь, ну, например, в беспорядочных половых связях, в алкоголе, наркотиках или в уличном криминале;

2. ВОСПИТАНИЕ ДЕВОЧЕК И МАЛЬЧИКОВ ПО ОБЩИМ СТАНДАРТАМ. 

Это делается не столько для того, чтобы привить женщинам мужественность, сколько для того, чтобы отнять ее у мужчин;

3. ПРИВИВАНИЕ ЭГОЦЕНТРИЧЕСКОЙ КАРТИНЫ МИРА. 

Эгоист – это одиночка, ну как тут не процитировать Маяковского: «…единица – вздор, единица – ноль, один, даже если очень важный, не подымет простое пятивершковое бревно, тем более дом пятиэтажный…». Или «разделяй и властвуй» как говорили древние римляне;

Ян ван Рэйкенборг: Вершина добра столкнула людей в пропасть отвратительной человеческой низости и подлости, и это падение продолжается до сих пор

Наше просветлённое, гуманное столетие с его льющейся через край добротой побило все рекорды кровожадности, жестокости, научно организованного истребления людей и безумия. Образно говоря, вершина добра столкнула людей в пропасть отвратительной человеческой низости и подлости, и это падение продолжается до сих пор. 

Ужасающее положение современного человечества не поддается описанию. Мы воздержимся от подробностей. Они вам известны. 

Куда нас завела человеческая цивилизация? 

В каком лабиринте мы заплутали? 

В лабиринте иллюзий, обильно политом кровью и слезами! 

Доброта? Праведность? «Нет праведного ни одного!» Всё обернулось одним огромным и сокрушительным поражением: и религия природнорожденного эго, и гуманизм природнорожденного эго, и его наука. 

Alexander von Hahn: В Советском Союзе не было простого, человеческого удовольствия

 Чего точно не было в Совке, кроме всего необходимого в быту, - это простого, человеческого удовольствия.

Буржуазно, бесцельно, бессмысленно, вредно, заразно, гнусно временами. И никогда не хорошо. Жить становилось лучше и веселее, но удовольствие получать было строжайше запрещено.

Пиво пили забулдыги, танцевали хипстеры, музыку слушали бездельники, сочиняли её "всякие там", на море ездили для здоровья, в космос летели от патриотизма, поэты читали свои стихи с надрывом, шутки были плоские, анекдоты - под запретом, гулять можно было только по дорожкам и никогда по траве, читать только полезные книги, кино было о жизни такой непростой, любить было разрешено только пышное природы увяданье, в багряц (непременно багряц) одетые (всегда одетые) леса, возвышенно, пафосно, но скромно и про себя.

Пиво-кильки-шпроты-бычки-плотву-воблу раскладывали-брасывали-ложили на газете Правда (со второй полосы),  Известиях и СовСпорте, в котором всё - о (не)вольной борьбе за победу, вырванных наградах, последних бросках и торжестве интернационализма. Но и рывки не радовали, а были лишь поводом для очередного подвига во славу совнарода и КПСС в лице членов и кандидатов, портреты которых смотрели на нас с плохо скрываемой гримасой  брезгливости ко всему мирскому и случайному, не предопределённому историческим процессом, диалектически не обусловленному, нематериальному и случайному.

И это было правильно. Причастность к вечному, озарённость внутренним негаснущим огнём пролетарской солидарности с угнетёнными, стонущими под ярмом не предполагала, а прямо исключала саму возможность удовольствия. В нём видели - и были правы! - индивидуализм, эгоизм, гедонизм, ведущий прямиком в объятия буржуазно-декадентского солипсизма.

Так что не то, что секс, пиво с воблой было не в радость. Только по необходимости производственной, исключительно на пользу коллектива. "Осмысленно", "прочувствованно", непременно "с выражением", никогда "с кондачка" и всегда с задором. И без удовольствия, без соплей, без сентиментальной дури этой аморальной. Не надо и всё тут.

Нас не научили получать удовольствия - от жизни, музыки, влюбленности. Точнее, разучили радоваться простым вещам, несоотносимым со всемирноисторическим  процессом. Три безрадостных поколения совграждан с разбитвым в дребезги, коллективноизгаженным личным «я». Писсуаром души

Удовлетворение - да, удовольствие - никогда. Удовлетворение без удовольствия, что может быть гаже?

Самый большой грех по отношению к ближнему – не ненависть, а равнодушие; вот истинно вершина бесчеловечности

Самый большой грех по отношению к ближнему – не ненависть, а равнодушие; вот истинно вершина бесчеловечности.

Герман Садулаев: Возможный антиутопический сценарий ближайшего будущего

Кажется, Мария Захарова проговорилась о решении, которое уже принято в высших кругах мировой элиты: массового туризма не будет.

Путешествовать по миру, посещать Капитолий и Мачу-пикчу, греться на пляжах южных морей, кататься по саванне и фотографировать жирафов отныне будут только «приличные» люди, обеспеченные люди, богатые, сверхбогатые и влиятельные люди.

Быдло загонят в стойло. Не будет больше вот этих миллионов авиапассажиров, постоянно висящих между небом и землёй, летящих туда, сюда и обратно, не будет русских в Египте, не будет немцев в Испании, не будет китайцев, заполонивших вокзалы в России и заплевавших "Сапсаны", половину "Сапсанов" можно отменять: этого всего больше не будет никогда.

И дело совсем не в карантине и не в отмене карантина. И не в пересечении границ. «Внутреннего туризма» тоже не будет, жители Архангельска больше не будут тысячами лететь и ехать в Крым. Просто когда-то это всё было, а теперь кончилось и больше никогда не вернётся. Решение об этом принято.

Причём решение принял не какой-нибудь Бильдербергский клуб, оно вообще нигде и никем не озвучено и не формализовано, но как и все самые главные и неотвратимые изменения оно прочувствовано на уровне инстинктов рептильными структурами коллективного мозга правящей мировой элиты.

Такие решения самые страшные, оспорить их невозможно, обжаловать некуда, бороться бессмысленно, все несогласные будут уничтожены. Так, по крайней мере, внушают волны рептильной суггестии, распространяемой по планете.

Мария Захарова не виновата, она по долгу службы улавливает волны, а по положению приближена к мировой элите, потому и раскрывает в режиме потока сознания новые установки.

И дело, конечно, не только и не столько в туризме. Все массовые социальные практики должны быть упразднены. Начиналось с массового производства, потом понадобилось массовое образование, пиком массовых практик была Вторая мировая война, после 1960-х годов был всплеск последней массовой практики – массовой культуры, а теперь всё кончено.

Андрей Фурсов: Поворот от научной фантастики к фэнтези - это курс на торможение научно-технического и промышленного прогресса в интересах верхушки капиталистического общества.

В 1960-е годы перед сотрудниками Тавистокского института изучения человека в Великобритании (причем по иронии судьбы он располагается в графстве Девоншир, рядом с дартмурскими болотами, где разыгрывалась мрачная драма «Собаки Баскервилей» Конан Дойля) была поставлена задача притормозить научно-технический прогресс путем внедрения определенных информационно-психологических и организационных моделей. В частности, стартовала работа по созданию молодёжных и женских субкультур и движений (именно в это время как по заказу появились The Beatles, The Rolling Stones, стал развиваться экологизм, резко активизировалось феминистское движение).

Одна из главных задач, поставленных перед Тавистоком, звучала так: to stamp out the cultural optimism of the 1960s (искоренить, вырубить, вытравить культурный оптимизм 1960-х годов). А научная фантастика, особенно советская, безусловно, была оптимистической по своему настрою. Некоторые менее оптимистические ноты (не могу их назвать пессимистическими, но они выглядели более сложными, чем просто оптимизм) прослеживались у ряда писателей в соцлагере, в частности в книгах Станислава Лема (достаточно почитать его «Астронавтов» и «Магелланово облако»). Однако общий настрой советской фантастики до середины 1960-х годов был преимущественно оптимистичным — это видно и по творчеству братьев Стругацких, и по романам Ивана Ефремова. Но к концу 1960-х годов происходит перелом, причем на очень простом основании: номенклатура по корыстным групповым причинам отказалась от рывка в будущее и предпочла начать интегрироваться в капсистему. Наиболее проницательные наши фантасты интуитивно уловили этот поворот. Иван Ефремов пишет роман «Час Быка» (опубликован в 1968–1969 годах, отдельной книгой вышел в 1970 году), который по инициативе Юрия Андропова начинают изымать из книжных магазинов и библиотек — уж очень руководство планеты Торманс вышло похожим на советское Политбюро. На смену «Полдню…» Стругацких приходит «Улитка на склоне». Даже по знаменитому советскому журналу «Техника молодежи» это было хорошо видно: тональность публикаций меняется со второй половины 1960-х и в 1970-е.

На Западе перелом происходит по схожим причинам: технический прогресс, бурно развивавшийся со второй половины XIX века, позволял пользоваться своими плодами среднему слою и верхушке рабочего класса — это заключало в себе угрозу для власть имущих, потому правящий класс начал реагировать. Можно сказать, что советская номенклатура и западная верхушка сработали здесь синхронно. Результатом стало торможение научно-технического прогресса во второй половине ХХ и начале ХХI века. Что изобретено за это время? Мобильный телефон, компьютер, интернет? Но это не идёт ни в какое сравнение с космическими достижениями первой половины ХХ столетия.

Одним из следствий негативного эволюционного перелома 1970-х годов стало вытеснение или оттеснение научной фантастики жанром фэнтези. В фэнтезийном жанре нет ни демократии, ни прогресса — это будущее как прошлое. И подобное очень хорошо коррелирует с известным докладом 1975 года «Кризис демократии», который по заказу Трехсторонней комиссии написали Хантингтон, Крозье и Ватануки. Это очень интересный документ, я уже не раз о нем говорил. Если коротко, основная мысль доклада сводится к тому, что Западу в большей степени угрожает не Советский Союз, а избыточная демократия на самом Западе, которой могут воспользоваться «безответственные социальные группы». «Демократическая политическая система оказывается особенно уязвимой напряжениями от промышленных и региональных групп», — декларируют авторы доклада. Поэтому, как говорилось в документе, необходимо разъяснять населению, что демократия — это не только ценность, но и инструмент, что кроме демократии существуют и другие ценности: старшинства (seniority), знания, авторитет. Буквально это было выражено следующим образом: «Во многих случаях необходимость в экспертном знании, превосходстве в положении и ранге (seniority), опыте и особых способностях могут перевешивать притязания демократии как способа конституирования власти». В заключение доклад предлагал внести некоторую политическую апатию в массы, это полностью коррелировало с входившим в моду миром фэнтези. Ведь в фэнтези, повторюсь, нет никакой демократии — там есть только неожречество, неокороли и неорыцари.

Внутреннее пространство «Властелина колец», «Игры престолов», «Колеса Времени» Роберта Джордана, «Гарри Поттера» и других — это, во-первых, мир иерархий, а вовсе не ефремовский мир «Туманности Андромеды», где будущее носит название Эры Встретившихся Рук. Во-вторых, мир фэнтэзи — это доиндустриальный или в лучшем случае разрушенно-индустриальный футуроархаический мир. И это тоже соответствует курсу на торможение научно-технического и промышленного прогресса в интересах верхушки капиталистического общества. Идейным обоснованием торможения стал экологизм, превратившийся в квазиидеологию. Первый доклад Римскому клубу (он создан в 1968 году) назывался «Пределы роста». В нем утверждалось, что человечество в своем индустриальном развитии достигло пределов, избыточно давит на природную среду, надо тормозить промышленно-экономическое развитие, перейдя к «нулевому росту». То есть 50 процентов всех средств должно идти на нейтрализацию негатива, который несет индустриальное развитие. Несмотря на то, что доклад был разоблачен как наукообразная фальшивка, сторонники экологизма и деиндустриализации размахивали им как знаменем — так же, как сегодня используется другая фальшивка, а именно схема «глобальное потепление в результате деятельности человека».

Таким образом, поворот от научной фантастики к фэнтези с ее доиндустриально-иерархическим, далеким от рациональности (еще одна черта антимодерна) миром магов и колдунов имеет четкую классовую основу. Выражаясь марксистским языком, это отражение загнивания капиталистического общества и того факта, что капиталистическая верхушка взяла курс на торможение научно-технического прогресса. То же самое сделала в своих интересах и советская номенклатура, когда в середине 1960-х годов заблокировала программу ОГАС Виктора Глушкова (разработчика первой в СССР персональной ЭВМ «МИР-1»), а также программу развития холодного термоядерного синтеза Ивана Филимоненко и еще целый ряд военных достижений КБ Челомея. Дело в том, что реализация проектов Глушкова и Филимоненко несколько отодвигала номенклатуру в сторону, на первый план выходили люди, которых называли технократами. Кстати, я очень хорошо помню, как в конце 1960-х годов в МГУ наш преподаватель научного коммунизма критиковал ученого и фантаста Игоря Забелина за его точку зрения, согласно которой научно-техническая интеллигенция становится ударной силой прогресса. Ну что же, техническую интеллигенцию и задвинули вместе с научно-техническим прогрессом. В этом смысле можно сказать, что мир финансиализированного и обращенного в прошлое капитализма первых 15–20 лет ХХI века — это результат параллельных, а с середины 1970-х годов совместных действий западной элиты и части советской номенклатуры. Правда, советская номенклатура этот мир не планировала, она просто реализовывала свои шкурные интересы, а вот западная верхушка именно такой мир запланировала. И мир «Игры престолов» — это одна из версий того мира, который эта верхушка предлагает нам как проект будущего, приучая к возможности такого будущего.

10 правил — так называемый закон Янте (Janteloven)

Эти 10 правил — так называемый закон Янте (Janteloven) — в 1933 году сформулировал датский писатель Аксель Сандемусе в романе En fl yktning krysser sitt spor (дословно — «Беглец пересекает свой след», на русский язык не переведен).

Не думай, что ты особенный.
Не думай, что ты нам ровня.
Не думай, что ты умнее нас.
Не воображай, что ты лучше нас.
Не думай, что ты знаешь больше нас.
Не думай, что ты важнее нас.
Не думай, что ты все умеешь.
Тебе не следует смеяться над нами.
Не думай, что кому-то есть до тебя дело.
Не думай, что ты можешь нас поучать.